После мы вдруг вспомнили про время — нужно было возвращаться. Пришли на площадь, но своей группы не обнаружили — слишком рано. Тогда отправились на рынок, где купили рульку с капустой и поделили её на троих. Она оказалась невероятно вкусной!
Когда холод стал невыносимым, мы снова вернулись в магазин и наконец-то нашли своих. Я сразу заметила Серёжу, стоящего в толпе с несколькими пакетиками в руках. Не раздумывая, бросилась к нему. Он крепко обнял меня, и от его тепла стало немного легче переносить этот ледяной ветер.
— Что ты купил? — спросила я, отстраняясь и заглядывая в пакеты.
— Одежду.
— Ого, это бомбер?! — воскликнула я, вытащив его из пакета.
— Нравится?
— Ещё как! Я сама такой хочу!
— Купишь потом.
— Обязательно!
В этот момент мы заметили Елену Владимировну. Она собрала нас вместе, и мы отправились на теперь уже пустую площадь.
— Как же холодно! — пожаловалась я, зарываясь носом в белый шарфик.
— Сейчас ещё нормально. С утра было хуже, — заметил Серёжа.
— Нет!
— Правда, Оль, сейчас гораздо лучше, чем утром, — поддержала его мама.
Мы остановились и стали ждать автобус.
— Раз уж тебе так тепло, то грей меня! — возмутилась я и прижалась к Серёже.
Он улыбнулся и глубоко вздохнул, заслоняя меня своей курткой с обеих сторон. Лучшего ощущения в этот момент и представить было нельзя. Его запах, тепло — всё казалось таким уютным.
Целый час ожидания автобуса превратился в испытание на выносливость. Серёжа и я прижимались друг к другу, пытаясь согреться, но холод пробирал до костей. Поэтому мы решили отправиться в ближайший «Макдональдс». Он был единственным открытым заведением в округе, так что выбора особо не было. Зато внутри было тепло, сухо и пахло жареной картошкой. К нашему удивлению, посетителей не оказалось, и мы тут же заняли несколько столиков.
— Я думал, не доживу до этого «Мака», — продолжая натягивать шарф до самого носа, буркнул Серёжа.
— Да ладно тебе, — отмахнулась теперь я.
— Серьёзно. На тридцатой минуте ожидания автобуса я уже попрощался с жизнью.
Он достал телефон и начал ловить вай-фай, чтобы успеть списаться с Мишкой, ворча себе под нос про отстойный интернет. Я прижалась щекой к его плечу и просто слушала это недовольное бурчание.
Прошёл ещё час, когда раздался звонок от Елены Владимировны — единственной, кто остался на площади. Автобус наконец приехал, и нам пришлось возвращаться. Но самое сложное ждало впереди — предстоял долгий и мучительный ночной переезд.
***
Уже утром автобус наконец-то остановился на очередной заправке. Вчера, когда мои ноги окончательно отказались служить мне после прогулки по Берлину, даже стоять перед раковиной в туалете казалось подвигом.
Ледяная вода из крана бодрила не хуже ведра снега за шиворот, так что умыться толком не получилось. Шаркая ногами по полу, мама и я вышли из женского туалета и сразу наткнулись на папу. Осматриваясь по сторонам, я заметила Серёжу — он суетился вместе с остальными, выбирая себе что-нибудь на завтрак, уже со стаканчиком кофе.
— Ты знаешь, Оль, — вдруг призадумавшись, сказал он, — мне кажется, человек должен испытать хотя бы один ночной переезд в своей жизни.
— Чтобы что?
— Чтобы понять: кровать — это подарок судьбы, а не просто мебель.
Я шлёпнула его по плечу, улыбнувшись.
Горячий шоколад из автомата оказался настоящим спасением. Он не только согрел замёрзшие руки, но и заставил почувствовать себя хоть немного живой.
Вернувшись в автобус, я тут же улеглась на свои два самых лучших сиденья. И когда мама предложила мне питьевой йогурт с баранками, отказаться от этого простого, но такого уютного завтрака было невозможно.
— Дорогие друзья, до Амстердама осталось совсем немного. А пока я расскажу вам об этом удивительном городе, — раздался голос гида.