«Блин, да я же никогда не смогу стать психологом. Если мои клиенты начнут так тупить, я их просто порву на части!»
Костя больше не отвечал.
«Ну и ладно».
Я включила в наушниках Green Day, легла на кровать и уставилась в потолок, пытаясь хоть как-то прийти в себя.
***
Утром, выходя из автобуса, я снова столкнулась с Серёжей.
— Ты меня специально поджидаешь, маньяк? — прищурившись, спросила я.
— Нет, ты просто приезжаешь в одно и то же время, а я как раз подхожу к остановке, — невозмутимо ответил он, и мы направились в сторону школы.
— И что ты предлагаешь?
— Ничего. Просто буду встречать тебя так каждое утро.
— Эй! — я толкнула его в плечо. — Я же говорила, что не стоит!
— А я всё равно буду, — с довольной ухмылкой сказал он.
— Ну вот что ты делаешь, а? Я же знаю, что ты отводишь сестру в садик, иногда из-за этого не успеваешь в школу… а теперь ещё и я!
Он внимательно посмотрел мне в глаза.
— Ты так не хочешь видеть меня чаще?
— О, Боже… — с раздражением выдохнула. — Я уже говорила тебе, что…
— Так скажи, что хочешь, — перебил он, останавливаясь прямо посреди тротуара.
Мне пришлось остановиться тоже и повернуться к нему.
— Ты всегда издеваешься надо мной… — тяжело вздохнув, я развернулась и пошла дальше.
Он догнал меня с той же хитрой ухмылкой.
«Ну конечно. Ему ведь нравится играть с моими чувствами. Он прекрасно знает, как сильно он мне нравится. И всё же… кажется, он просто тащится от того, что я снова краснею. Что мне приходится вслух говорить то, о чём я думаю перед сном. Он будто вытягивает из меня эти слова, и я не могу сопротивляться».
Остановилась, обернулась и почти выкрикнула:
— Да, я хочу видеть тебя чаще. Доволен?
Его лицо расплылось в широкой улыбке. Он резко схватил меня за руку и увёл за угол многоэтажного дома — туда, где нас, скорее всего, никто не увидит.
Я помню, как раньше он целовал своих девушек прямо в классе, на виду у всех. Но со мной… со мной он почему-то редко так делал.
«Может, он чувствует, что я терпеть не могу такие вещи? Что мне не нравится выставлять чувства на показ?»
Коснулся моих губ своими — нежно, чувственно, как всегда. И я в очередной раз растаяла.
— А вот теперь доволен, — сказал Серёжа, закончив поцелуй.
— Дурак, — фыркнула я, отворачиваясь, но всё же прижалась щекой к его куртке.
Он крепче обнял меня и положил подбородок мне на голову.
— Сходим в кино на выходных? — спросил, не разжимая объятий.
— Давай, — мурлыкнула я, прижимаясь к нему сильнее и наслаждаясь теплом его рук.
— На «Зловещих мертвецов»? — ухмыльнулся.
— Нет! — я тут же отпрянула, словно меня током ударило, и замотала головой.
Он тихо рассмеялся, явно предвидя такую реакцию, и, всё ещё улыбаясь, взял меня за руку. Мы пошли дальше к школе, переплетя пальцы.
— Тогда, давай на «Обливион»? — предложил Серёжа, бросив на меня испытующий взгляд.
— Это вариант мне больше нравится, — кивнула.
На большой перемене я буквально затащила Лилю на второй этаж в младший блок — не могла ждать до конца уроков. Мы уселись на лавку, и я сразу заметила, что Лиля была какой-то не такой: сутулые плечи, взгляд в пол, пальцы нервно теребили ремешок сумки.
— Костя ещё писал тебе вчера? — выдохнула я, не выдержав.
Подруга замялась, потом опустила голову ещё ниже и тихо сказала:
— Писал.
— И о чём вы говорили? — я придвинулась ближе.
— Оль, какая разница? — вдруг вспыхнула она, раздражённо посмотрев на меня.
— Большая! — не сдавалась я. — Что он тебе сказал?
Лиля тяжело вздохнула, нервно заправила за ухо прядь чёрных, как смола волос, и наконец произнесла:
— Он написал, что на самом деле я ему нравлюсь и что он совсем не хотел шутить. Просто так получилось.
Я округлила глаза.
«Вот так поворот… Ромашечкин всё-таки признался!»