— Надеюсь, нет, — пожала плечами. — В любом случае, это лучше, чем молчать.
Он тяжело вздохнул и снова уставился в тетрадь.
— Ладно, посмотрим, — буркнул он, делая вид, что пишет, хотя ручка едва двигалась по бумаге.
После окончания урока Мишка захлопнул тетрадь и, щурясь, спросил у Серёжи:
— Какой у нас следующий?
Тот, не торопясь, закинул учебник в рюкзак и потянулся.
— Английский.
— Нам что-нибудь задавали? — я тут же насторожилась, потому что прошлым вечером откровенно забила на домашку.
— К самостоятельной подготовиться, — невозмутимо отозвался Нагимов.
— Как?.. — я чуть не подпрыгнула на месте, вцепившись в край парты.
Он дёрнул плечом.
— Вот так. Я вчера весь вечер готовился.
— А… да, ты что-то писал, — нахмурилась, вспоминая, но тут же махнула рукой. — Хотя… мне всё равно, я же с тобой сижу.
И моментально обняла Серёжку сбоку, прижалась к его плечу и глянула на него снизу вверх самыми милыми глазками, на какие только была способна. Он приподнял бровь.
— Твоя наглость не знает границ.
— Как ты догадался? — хмыкнула я, не убирая рук.
— Оль, тебе везёт, — протянул Мишка, закидывая рюкзак на плечо. — У тебя есть Серый, а мы-то что делать будем?
— Зубрить, — я наигранно закатила глаза.
— Уж кто бы говорил, — фыркнул Серёжа, обнимая меня за плечи и прижимая к себе чуть сильнее, так что я едва удержалась на ногах.
— Ой-ой! — я фальшиво возмутилась и ткнула его локтем в бок. — Смотри, может, благодаря тебе у меня выйдет четвёрка за четверть. Разве это не круто?
— Твою годовую тройку это всё равно не исправит, — ухмыльнулся он.
— Эй! — я возмущённо шлёпнула его по руке. — Что ты такой противный?
Серёжа хитро прищурился, приподнял подбородок и с самым серьёзным видом заявил:
— Ну, кто-то же должен держать тебя в тонусе, а то расслабишься и решишь, что учёба — это весело.
Я фыркнула, а он улыбнулся, довольный собой.
Мы вместе направились в кабинет английского. Татьяна Валерьевна уже стояла у стола с журналом.
— Сегодня я вас пересажу, — объявила она таким тоном, что стало ясно — решение окончательное.
Я в ужасе застыла на пороге.
«Серьёзно? Сегодня? Когда у нас самостоятельная?!»
Серёжа только тихо усмехнулся и подтолкнул меня в спину, чтобы я зашла в класс.
Меня пересадили на место рядом с Владой, а перед нами устроилась её подруга Ира. Серёжу с Мишей посадили сзади нас. Я бросила на Владу многозначительный взгляд, но она только пожала плечами и виновато усмехнулась. Честно говоря, я и не надеялась на помощь — перед уроком она призналась, что тоже не готовилась.
Когда мне в руки выдали тетрадь для самостоятельной работы, сердце ухнуло куда-то в пятки. Пролистала задания, ладони вспотели.
«Всё. Конец. Это провал».
Паника накатила так резко, что я едва не уронила ручку.
Стиснув зубы, сдала абсолютно пустую тетрадь — даже ни одной попытки сделать задание.
— Ну как? — шепнул Серёжка, сдавая свою работу и кивая на мою.
Я метнула в него злобный взгляд и процедила сквозь зубы:
— Никак!
— Почему? — он с недоумением глянул на меня и сел за парту позади.
— Потому что я не готовилась, в отличие от некоторых! — сердито прошипела, обернувшись к нему.
— Я же предупреждал тебя вчера, — шепнул он, возмущённо подняв брови.
— И?.. — я резко вскинула подбородок.
— Оля и Серёжа! — строгий голос Татьяны Валерьевны разрезал воздух, как нож.
Мы синхронно дёрнулись и замолкли. Серёжа опустил взгляд в учебник, а я, надувшись, отвернулась к окну. Но буквально через пару секунд, не выдержав, я всё равно спросила, развернувшись к нему:
— Ты всё написал?
Серёжа кивнул, даже не скрывая ухмылку.
— Рада за тебя, — буркнула я совсем без радости.
Развернувшись обратно, я тут же столкнулась с суровым взглядом учительницы и виновато втянула голову в плечи, быстро делая вид, что ищу что-то в учебнике.