— В среду.
— О, кайф! Значит, всего два дня дежурства, а во вторник — сокращённые уроки, — сказал он с довольной миной.
— Угу… — кивнула.
Я замялась перед следующим вопросом, но всё же решила рискнуть.
— Слушай, Серёж, знаю, что обещала не спрашивать, но всё-таки…
— Опять? — он обречённо вздохнул. — Костян меня убьёт, если я расскажу.
— Ну пожалуйста! Мне так интересно! Я Лиле ни слова, клянусь!
Он покачал головой, делая вид, что твёрд, но я уже знала эту игру.
— Оль, ну это же сюрприз. Потерпи чуть. Сама потом всё от Лили узнаешь.
— От Лили? Да чтобы она что-то рассказала — её пытать надо! Это Ксюшка ещё может сболтнуть что-то, а Лиля — кремень!
Серёжа посмотрел на меня и вдруг лукаво усмехнулся.
— Ладно… только обещай — Лиле ни слова.
— Обещаю! — я аж подпрыгнула на месте от радости.
И он раскололся. Когда Серёжа договорил, я почувствовала, как внутри у меня разливается тепло и восторг. Хотелось прыгать и смеяться, настолько я была счастлива, что узнала, наконец, этот секрет.
Цветы… Костя собирался подарить Лиле шикарный букет. По правде говоря, Лиле вообще редко кто дарил цветы, разве что отец.
— Ну что, довольна? — спросил Серёжка.
— Конечно! — я засияла. — Это же без повода — значит, вдвойне приятнее. Лиля будет в шоке! Ей давно никто ничего не дарил. А тут — цветы!
— Серьёзно? — он чуть нахмурился. — Подумаешь, букет. А Костян так переживает, будто собирается предложение делать. Уже раз десять сказал, что, может, не стоит.
— Стоит! Да ещё как! — всплеснула руками. — Она же девочка, а девочкам нужны подарки. Без повода и по любому поводу.
Серёжа вдруг замолчал, и на его лице промелькнула тень.
— Ты чего? — осторожно спросила я.
— Да так… — небрежно отозвался он, но сразу сменил тему: — Ты с Ксюшкой виделась?
— Виделась, — удивлённо кивнула я. — А что?
— Просто спросил, — пожал плечами.
— Ну ладно… — я всё ещё не понимала, куда он клонит. — Мы на днях виделись.
— Как она?
— Держится. С костылями ходит. А! — вспомнила. — Я тебе не показывала, как мы ей гипс разрисовали…
Достала телефон и нашла фотографию, на которой гипс был в цветах, надписях и мелких рисунках.
— Это мы с Лилькой устроили. Она надписей накатала, а я рисовала.
Серёжа улыбнулся, но как-то рассеянно.
— Прикольно. Ей понравилось?
— Ага, сама идею подкинула. Мы только помогли.
— Ну, молодцы, — тихо сказал.
Я могла бы спросить с подковыркой, откуда вдруг такая заинтересованность в Ксюшке — после аварии они не общались. Но сдержалась. Всё-таки нормально, что он просто беспокоился. Хотя внутри меня что-то болезненно кольнуло.
Когда дошли до моего дома, Серёжа обнял меня. Я посмотрела ему в глаза — в эти тёмно-карие с золотом глаза, в которых обычно столько тепла, но сейчас там было что-то не так.
— Что-то случилось? — тихо спросила я.
— С чего ты взяла? — он попытался отмахнуться.
— Просто ты странный какой-то...
Закатил глаза и тихо вздохнул.
— Оль, ну брось. Я веду себя как обычно.
— Нет, — качнула головой. — Ты обычно не такой… закрытый. Ты всегда со мной болтаешь, а сейчас — будто не здесь.
— Просто день такой, — отмахнулся он.
— Нет. В школе всё было нормально, а сейчас…
— Да что «сейчас»?! — он вдруг вспылил, но не грубо, а с той усталостью, когда не хочешь говорить о чём-то важном. — Что тебе не нравится? Всё нормально.
— Нет, не нормально, — тихо, но твёрдо ответила.
Он сжал губы, провёл рукой по волосам.
— Да у меня всё нормально! — теперь в голосе прозвучала явная досада. — Просто… неважно.
— Серёж…
— Всё, я домой. Пока.
— Серьёзно?! Ты даже объясниться не можешь?
Он только отвернулся и зашагал прочь. А я осталась стоять одна, с тревогой в сердце.
«Что это было? Что я сказала не так?..»