— А давай лучше на велосипедах покатаемся? — неожиданно предложил он.
Я озадаченно моргнула.
— А как же магазин?
— Объединим. Доедем до магаза. Ты всё купишь, а я пока покатаюсь.
— Окей.
На улице было тепло, почти двадцать градусов. Мы выходили налегке — в шортах и футболках.
— Первый раз в этом году сажусь на велик, — призналась я.
— Я второй, — отозвался Серёжа, уже направляясь к двум велосипедам, пристёгнутым у стены в подъезде.
— С кем катался?
— С Костяном, — буркнул он, пока возился с замками. — Это вообще его велик. Попросил вчера пригнать, чтобы я сегодня смог покататься с тобой.
Я невольно улыбнулась, глядя, как он уверенно освобождает железных коней от цепей.
— За ним не угонишься, — фыркнул Серёжа, выпрямляясь и стряхивая пыль с ладоней.
— Ну, он же спортсмен, — пожала плечами.
— Ага. Мы тогда весь город объездили. На следующий день я ног не чувствовал. Думал, сдохну.
Я прыснула и хлопнула его по плечу:
— Могу тебя сегодня на раме повезти, если опять сильно устанешь.
Он хмыкнул, глядя на меня с видом «ага, конечно»:
— Кто кого ещё повезёт.
Я рассмеялась, и мы вместе выкатили велосипеды на улицу.
Нежный майский ветер трепал волосы, солнце мягко пригревало, но не жгло. В воздухе пахло свежим асфальтом и распустившимися тополями. Идеальный день для катания.
Серёжа сел на велосипед, лениво провернул педали вперёд-назад и кинул на меня взгляд исподлобья.
— Ну что, куда едем?
— В «Карусель», — уверенно скомандовала я, ставя ногу на педаль.
В первые секунды тело упрямо сопротивлялось — ноги тянуло, руки дёргались на руле. Я ёрзала, пытаясь поймать равновесие, а Серёжа уже уверенно ехал рядом. Но через минуту всё вспомнилось само собой: педали закрутились, ветер ударил в лицо, и внутри что-то щёлкнуло. Я поймала баланс, наклонилась вперёд и уверенно разогналась по направлению к магазину.
Когда я вышла из супермаркета с пакетом в руках, солнце уже начинало припекать. Асфальт прогрелся и слегка отдавал теплом в ноги. В воздухе теперь витал аромат цветущей сирени, а от соседней пекарни тянуло сладкой корочкой свежих булочек. Люди вокруг спешили кто куда: кто-то выносил тележки, у дверей курили двое парней, из открытого окна машины гремела музыка.
Серёжа ждал меня у входа, привалившись спиной к стене так лениво, будто стоял тут целую вечность. Велосипед он придерживал одной рукой, а в другой держал телефон, болтая с кем-то.
— Не знаю. Надо у Оли спросить, — сказал он в трубку.
Я тут же насторожилась.
— Что?
Повернул голову, поймал мой взгляд и кивнул в сторону телефона:
— Ты не против, если с нами Мишка покатается?
— Нет, конечно, — пожала плечами.
— Окей. Мих, через сколько будешь?.. Ага, встретимся. Давай, — он закончил разговор, сунул телефон в карман и перевёл взгляд на мой пакет. В его глазах сверкнул озорной огонёк. — Ну и что же ты там такого таинственного купила?
— Не скажу! — заявила я, прижимая пакет к себе, словно в нём хранилась государственная тайна.
— Ладно, давай его сюда.
Скинул с плеч потрёпанный рюкзак, расстегнул молнию и протянул мне, чуть наклонившись вперёд.
— Клади.
Я прикусила губу, не доверяя его глазам.
— Блин… Ты же так увидишь, что там внутри! — пискнула я, чуть покачиваясь на носках.
Серёжа закатил глаза и театрально прижал руку к груди:
— Обещаю, что не подсмотрю. Честное пионерское.
Я прищурилась, изучая выражение его слишком уж довольного лица, но всё равно сдалась.
— Хм… Ну ладно. Я тебе верю.
Аккуратно положила пакет внутрь, а Нагимов едва дождался, когда я уберу руки, тут же застегнул молнию и закинул рюкзак обратно на плечи.