Я снова коснулась его губ, не в силах что-то сказать — всё было слишком остро и насыщенно.
«Как долго он носит в себе эти мысли? Как давно борется сам с собой?»
Мы некоторое время сидели, прижавшись друг к другу, в тишине. Серёжа предложил лечь спать, и я лишь кивнула.
Он ушёл в душ, а я осталась лежать, глядя в потолок. За дверью доносился ровный шум воды, но он не заглушал вихрь мыслей в голове. Я ворочалась, то натягивая одеяло, то снова сбрасывая его, пытаясь найти покой. Но сколько бы я ни старалась, он не приходил.
«Что теперь? Как нам быть?»
Глава 50
Утром меня разбудил звонок. С трудом сфокусировавшись, я взяла телефон.
— Да, мам... — сонно пробормотала я.
— Оль, папа руку сломал, — её голос был взволнованным, — мы уже в городе.
— Что?! — я резко проснулась. — Как?
— С мотоцикла упал утром. Сейчас в травмпункте. Поезжай домой, потом всё расскажу.
— Ладно... — только и смогла выдавить я.
Голос мамы дрожал, и выбора у меня не оставалось. Я тяжело вздохнула, глядя на экран — было уже одиннадцать утра.
С трудом поднявшись с дивана, ощутила, как ломит мышцы после вчерашнего веселого дня. Оглядев бардак вокруг, поняла: «Нужно быстро собрать вещи, навести порядок и уехать. И ещё... поговорить с Серёжей». При одной мысли о нём ком сжал горло.
«Как? Что я скажу? "Доброе утро"? После всего, что вчера произошло?»
Вчерашний день был таким тёплым... А сейчас хотелось провалиться сквозь землю.
У ног лежала Серёжина черная футболка, которую он вечером скинул перед моей игрой с красками. Я взяла её в руки и в нос ударил его запах, от которого сжалось сердце.
«Всё, хватит накручивать себя! Нужно просто зайти в его комнату и сказать, что я уезжаю».
В мятой майке, с растрёпанными волосами, босая я зашла в его комнату. Серёжа сидел за компьютером. Увидев меня, его взгляд остался отстранённым, без привычной улыбки.
— Привет... — выдавила я.
— Привет, — спокойно ответил он.
Кажется, воздух в комнате стал тяжелее. Напряжение почти физически давило на плечи. Я глубоко вздохнула.
— Серёж, тут… такое дело, — почесала затылок, стараясь выглядеть обычной. — Мама только что позвонила, сказала, что папа руку сломал. Мне нужно домой, они скоро сами туда приедут.
— Что? — его глаза расширились. — Папа? Всё серьёзно?
— Пока не знаю... Они в травмпункте. А я... нужно убраться в той комнате, собраться.
— Я сам всё уберу, — помедлил. — Ты просто собирайся.
— Спасибо...
Тревога внутри смешалась с чувством неловкости.
— Может, позавтракаешь? Я приготовлю, — аккуратно предложил Серёжа.
— Нет... спасибо. Дома поем.
Я быстро метнулась в ванную, стараясь не смотреть в зеркало — не могла видеть себя такой растерянной. Собрала вещи, наскоро причесалась. Всё заняло минут десять. Осталось самое трудное — прощание.
Когда вернулась, Серёжа удивлённо посмотрел на меня.
— Уже всё?
— Ага... — кивнула.
Мы оба стояли в коридоре, словно чужие — он в джинсах и футболке, я с сумкой на плече, в жёлтой майке и шортах.
— Напиши мне сегодня… или позвони, — осторожно попросил он.
— Хорошо.
— Расскажешь, как папа?
— Угу… Ладно, пока?
Мы одновременно шагнули навстречу друг другу, и это короткое движение будто пронзило током. Его рука чуть дрогнула, словно он хотел обнять, но не решился. Я тоже замерла. В итоге быстро потянулась вверх и чмокнула его в щёку. Всё было — слишком поспешно и слишком… неловко.
Он остался стоять в прихожей, не двигаясь, когда я отступила назад и почти выскочила за дверь. Вызвала лифт, уставившись в пол, чувствуя, как горят уши.
Хотелось прижаться к нему, как ночью, но что-то внутри остановило.
Сжала пальцы в кулак.
— Идиотка… — выдохнула себе под нос.
А его взгляд — чуть растерянный и печальный — всё ещё стоял перед глазами, пока я спускалась вниз.
***
Несколько часов я провела дома одна, будто в заточении с собственными мыслями. Ходила из угла в угол, пыталась заняться хоть чем-то, но всё валилось из рук. В голове прокручивалась ночь — его хриплый голос, тёмный взгляд, жадные поцелуи, дрожащие касания и… самое главное — то, что он сказал. «Я хочу тебя», — от этих слов у меня до сих пор перехватывало дыхание.