Я пересела на лавочку подальше в коридоре, всунула наушники и закрыла глаза. Почти задремала.
Резкий хлопок в ладони перед лицом заставил меня вздрогнуть и вскрикнуть. Передо мной стояли Серёжа и Мишка — хохотали на всю школу.
— А нормально поздороваться нельзя было? — возмутилась я.
— Не-а, — ухмыльнулся Серёжа.
Я закатила глаза. Они плюхнулись рядом по обе стороны от меня.
— Проклинаю эту неделю, — тяжело вздохнул Серёжа.
— Это точно, — согласилась я. — Нечего было опаздывать на уроки.
— Кто бы говорил, — усмехнулся Миша.
— Как видишь, сегодня я не опоздал.
— Достижение, — заметила я.
Серёжа положил ладонь мне на плечо.
— Оль, нам с тобой не повезло.
— Почему?
— Я ненавижу детей. Надеюсь, сегодня никто не пострадает от моей руки.
Я удивлённо усмехнулась:
— У тебя же сестра маленькая.
— И что? Ты знаешь, как мы дерёмся? Поэтому, в этих дежурствах я целиком и полностью рассчитываю на тебя, — он подмигнул мне.
— А ты устрой детям дедовщину, — хихикнула я.
Серёжа усмехнулся в ответ:
— Ты, видимо, давно с детьми не общалась. Они, между прочим, так посылать умеют, что взрослые позавидуют.
— А ты купи жезл, как у ГАИшников, и собирай штрафы за превышение скорости. Пятнадцать рублей за нарушение.
— О-о, да я так разбогатею! Оль, идея супер! Ты будешь бухгалтером и будешь считать все деньги, — он хлопнул меня по плечу.
— А потом меня сделают соучастником преступления? Нет уж! Сам разбирайся. Хотя… посмотрим, как у тебя дела пойдут.
Мы рассмеялись и через несколько минут школа ожила — ученики начали подтягиваться. Ровно в 7:50 нас выстроили в линейку, и тут же завуч принялась критиковать меня за внешний вид. Якобы недостаточно парадный. Хотя я была в голубой блузке!
«Да не собираюсь я устраивать из дежурства праздник!»
На первых двух переменах в младшем блоке было тихо. Мы с Серёжей просто сидели на лавочке, слушали музыку или дописывали домашку. Точнее, он её у меня нагло списывал.
А вот на третьей перемене дети сошли с ума.
— А-а-а! Спасите меня от этого чудовища! — завопил какой-то мальчишка, улепётывая от Серёжи.
Тот попытался его остановить, но безуспешно.
— Так, пацан, быстро сел на лавку! Хватит бегать! — раздражённо рявкнул Нагимов.
Мальчишка резко обернулся, попятился назад и, ухмыляясь, показал средний палец, при этом высунув язык и подмигнув.
Я прыснула со смеху, а Серёжа взбесился.
— Тебе конец! — взревел он и рванул за малым.
Лицо мальчика в этот момент надо было видеть. Он побледнел и дал дёру по всему блоку. Серёжа — за ним. Я же просто не могла перестать смеяться.
В итоге мальчишка забежал в класс, а когда Нагимов уже собирался войти, паренёк высунулся из-за двери и закричал:
— Это наша территория! Зайдёшь — пожалуюсь учительнице!
— Ну и не выходи оттуда! — буркнул Серёжа и вернулся ко мне.
Он тяжело плюхнулся на лавку, сжав кулаки.
— Ненавижу их.
Я посмотрела на него и даже немного испугалась — лицо было напряжено до предела.
— Ты поосторожнее, а то действительно достанется нам.
— Осторожнее? Я посмотрю на тебя в следующий раз, когда ты попробуешь их успокоить!
На следующей перемене настал мой черёд отдуваться. Ко мне подбежала целая толпа девочек — человек семь или даже десять — и с горящими глазами предложили сыграть с ними в игру. Я, конечно, помнила игры из своего детства: «резиночка», «вышибалы», «классики»... В них я ещё кое-как могла бы поучаствовать. Но вот эта игра… Как же она называется?
— «Море волнуется раз, море волнуется два…» — начали наперебой девчонки.
Фигуры у меня выходили довольно неплохо — правила я знала с детства. Но эти маленькие привереды оказались строгими судьями! Им абсолютно не нравились мои «морские создания».
В какой-то момент, погрузившись в игру, я краем глаза заметила, как Серёжа, сидящий на лавке, откровенно потешается надо мной.