— Что ж, выбора нет… — с понурым видом, но с лёгкой улыбкой сказала я. — А нас вообще пустят?
— Не парься! У меня там есть знакомые.
Я скептически покачала головой.
— Вот так всегда… Говорят: «всё будет супер!», а потом бац — и вечер обломался.
— Такого не будет, обещаю.
Мы переглянулись и засмеялись, понимая, что уже завтра забудем про это дурацкое пари.
Вторая четверть. Глава 10
Вот и закончилась первая четверть. Все мои оценки оправдались. Мама даже похвалила меня — мол, закончила гораздо лучше, чем в прошлом году. Ну, как лучше… Всего две тройки: по геометрии и информатике. А ведь раньше я была уверена, что информатика — это тот самый предмет, где ученики разбираются в материале лучше учителя. Показалось...
«Но! Делаю успехи. Глядишь, и до отличницы дорасту».
Что касается моих подруг — ну, они-то умницы. Лилька — отличница. Впрочем, как всегда. Как она только всё успевала? А вот Ксюшка — хорошистка.
Серёжа же удивил меня… но весьма своеобразно. У него по самым лёгким предметам — четвёрки и тройки, а по углублённому английскому — пятёрка. Как?
С утра восьмого ноября наш город накрыло отвратительной погодой.
Я с трудом встала под будильник, который бодро орал «Good Morning» — The Puppini Sisters. Вроде весёлая песня, но такая приставучая — целыми днями только её и напевала.
Настроение перед школой было бодрым. До того момента пока я не увидела это… Прямо перед входом стоял… турникет.
— Это ещё что такое?! — я остановилась, возмущённо таращась на новшество.
— Ого! — выдохнула Ксюша, которая шла со мной. — Нашу школу в тюрьму превратить решили?
— Похоже на то…
Мы переглянулись и усмехнулись.
Турникет, кстати, даже не работал. Мы спокойно прошли сквозь него и отправились в раздевалку, где наткнулись на небольшую компанию из нашего класса. Все обсуждали этот ужас.
— Я слышал, что скоро нам раздадут карточки, и тогда родителям будут приходить смски о каждом нашем входе и выходе…
— Чего?!
— О, нет!
— Какой кошмар!
Все ещё немного побурчали, но нас ждал первый урок.
Физика. Этот предмет у нас любили. Особенно в начале четверти, когда учитель не задавал ничего сложного.
Сам учитель, Андрей Львович, молодой, классный и весёлый. На его уроки было просто приятно приходить. Правда, стоило классу расслабиться, забить на домашку и начать отставать по программе — он обижался, мрачнел и переставал шутить.
Я в физике ничего и никогда не понимала, поэтому просто отсиживалась. Ксюшка, напротив, обожала физику. Упорно учила предмет, чтобы Андрей Львович похвалил её и позвал на проведение очередного эксперимента.
Но на этот раз эксперимент был… легендарным.
Учитель вышел из лаборантской с какой-то странной штуковиной. На вид — будто миниатюрная швабра для Барби, но он уверенно заявил, что это:
— Султанчик.
Класс покатился со смеху.
— Андрей Львович, вы точно в порядке? — хихикали мы.
Но всё стало ещё лучше. В руках у него появилась эбонитовая палочка.
— Сейчас будет магия! — объявил он.
Под многочисленные повторение «трём, трём, трём» он начал натирать палочку сукном — и выглядело это подозрительно похоже на те самые действия, которыми мальчики обычно занимаются за закрытой дверью в комнате или ванной. Парни уже загибались от смеха, девчонки пытались держать лицо, но всё равно прыснули.
И вот, когда палочка наконец «зарядилась», учитель поднёс её к султанчику. И у того «усики» взмыли вверх. Класс обомлел.
— Чудо! — разом выдохнули мы.
Андрей Львович довольно усмехнулся.
— Электростатика, ребят. Чистая физика.
И, довольный произведённым эффектом, начал объяснять явление.
Мы с хохотом вывалились из класса после урока, а мальчишки всё продолжали обсуждать эксперимент, устроенный Андреем Львовичем. Громче всех смеялся, конечно, Костя Ромашечкин.
Неожиданно Ксюша резко развернулась и, пылая праведным гневом, выпалила: