Моё сердце медленно разбивалось на мелкие кусочки. Я могла только смотреть на него издалека, но и это было мучительно. Хотелось заговорить, но после того, что случилось с Димой, я пообещала себе забыть о чувствах к Серёже.
Было так стыдно перед Димой. Наверное, было бы легче, если бы я вообще не видела Серёжу. Тогда, возможно, мне удалось бы переубедить себя, что всё в порядке. Но по ночам я плакала в подушку и пыталась подавить свои чувства, одновременно понимая, что это невозможно.
Я была влюблена в Серёжу настолько сильно, что была готова бросить всё, подойти к нему, сказать, что больше не могу жить в этой неопределённости, и поцеловать. Он бы растерялся, но, возможно, через день, месяц или даже год — он бы признался мне в ответ.
Он снился мне каждую ночь. Это единственное, что хоть немного приближало меня к нему.
«А у Димы я попрошу прощения за всё, что сделаю. Но он не поймёт. Он будет злиться. Очень».
Почему именно он встретился мне? Он был старше, серьёзнее, и я действительно ему нравилась. Но что оставалось делать мне? Я же просто хотела быть счастливой.
В следующую перемену Ксюша сидела на коленях у Серёжи, болтая с ним и периодически целовала его в щёку. Я смотрела в учебник, но каждое движение краем глаза подсказывало мне, что происходит. И мне не хотелось оборачиваться.
— Оль! — позвала меня Ксюша уже во второй раз. Первый раз я сделала вид, что не услышала. — Иди сюда!
Я нехотя повернулась и подошла. В её глазах было что-то серьёзное.
— Ты правда веришь Диме? — спросила она, не вставая с колен Серёжи.
— Да что ж вы ко мне пристали? — раздражённо выпалила я. — Верю! Достаточно?
— Ну вот! Я же говорила тебе! — победно сказала она, обращаясь к Серёже.
И тут он, впервые за долгое время, посмотрел мне в глаза. На мгновение. Всего на секунду.
— Пускай верит, — спокойно ответил он, опустив взгляд. — Диман её не обидит.
«Вот о чём они говорили. О моих отношениях с Димой. Господи, неужели им не о чем больше сплетничать?»
— Ага, конечно, — фыркнула Ксюша. — Доверяй, но проверяй.
— Ну ты же мне веришь? — с лукавой улыбкой спросил её Серёжа.
— Конечно! Но это же Дима… Мы его совсем не знаем.
— Если он нравится Оле, то почему бы и нет?
«Так вот как он это видит».
— Слушайте, хватит! — воскликнула я. — Может, просто объясните, в чём дело?
— Ты объясняй, — бросила Ксюша, вставая с его колен, — а то она меня не понимает.
Я шагнула ближе к Серёже, скрестив руки на груди.
— Приступай, — сказала твёрдо. — Раз уж я тут самая тупая и не вижу очевидного, просвети меня!
Я была на грани. Раздражало всё. Их подозрения в отношении Димы, их вмешательство в то, что их не касалось, и особенно — то, что Серёжа считал, будто Дима мне действительно нравился.
— Я не буду, — буркнул он и отвернулся.
— Нет, будешь! — вспыхнула я и положила ладони ему на колени, заставляя наконец посмотреть мне в глаза.
Он вздохнул и просто смотрел на меня. В его взгляде не было ни насмешки, ни злости — только равнодушие.
— Ну чего, — глухо сказал он. — Он реально к тебе неравнодушен. Так что хватит думать, что все вокруг врут. Поверь ему. Он тебя не кинет.
Внутри что-то оборвалось. Почувствовала, как глаза предательски наполняются слезами. Серёжа сразу это заметил — в его взгляде что-то дрогнуло. Он резко изменился: вместо равнодушия в глазах появилась тревога, даже растерянность.
Но я быстро собралась. Не позволила себе разрыдаться. Выпрямилась, глубоко вздохнула, смахнула единственную слезу и больше не позволила ни одной упасть. Подруги ничего не заметили.
Лиля подошла ко мне сзади и мягко положила ладонь на плечо.
— Оль, не хотела этого говорить, но раз никто не может… Дима бы пришёл, если бы действительно хотел. Даже через усталость, даже через проблемы. Если бы ты была для него важнее всего, он бы плюнул на всё и пришёл.
Я резко подняла голову.