— Мой корабль, — Линдра протерла салфеткой губы, совершенно в этом не нуждающиеся, — Научно-исследовательский корабль Каледонии.
— Вы сказали «Макрель»? — вежливо осведомился «Малефакс», до этого момента не выдававший своего присутствия, — Мне не приходилось слышать о научной шхуне Каледонии с таким названием. А я-то думал, что мои корабельные реестры укомплектованы самой свежей информацией.
Линдра немного напряглась, взгляд затвердел. Видимо, общее с гомункулом в таком тоне все еще было для нее в новинку. Неудивительно, подумалось Шму. Она наверняка привыкла к молчаливым и исполнительным гомункулам королевского флота, по сравнению с которыми «Малефакс» походил на взбалмошенный хаотичный воздушный поток.
— «Макрель» — не шхуна. Это совсем крошечный кораблик, воздухоизмещением всего в тысячу тан. Одна-единственная мачта, шесть человек экипажа. Его и в подзорную-то трубу не всегда в ясном небе разглядишь…
Алая Шельма сплела пальцы под подбородком, внимательно глядя на гостью. Кажется, она копировала позой какое-то старое полотно, Шму не была в этом точно уверена. Но капитанскую скованность она ощущала так же отчетливо, как крен «Воблы» на крутых воздушных виражах.
— На столь малом корабле было опрометчиво отходить далеко от острова, он не создан для сильных воздушных течений, — заметила она, стараясь сохранять прохладное достоинство подстать гостье, — Впрочем, не помню, чтоб в последнее время в округе бушевали шторма.
— Штормов не было на триста миль в округе, — подтвердил «Малефакс», — Мы же в воздушном пространстве Каледонии, шторма здесь обыкновенно случаются раз в восемьдесят лет, по случаю какого-нибудь важного государственного праздника. Зато облачный кисель такой, что старушка «Вобла» того и гляди увязнет, точно муха в паутине…
Линдра откусила кусок хлебца, так осторожно, словно он был сделан из броневой стали.
— «Макрель» погубил не шторм. Это были люди.
— Вот как? — Габерон приподнял бровь, — Скажите на милость! Никогда бы не подумал, что кто-то кроме нас осмеливается забираться вглубь Унии.
— Это были не пираты, господин канонир. По крайней мере, я так не думаю.
— Пожалуй, справедливо. Мы, пираты, интересуемся многими вещами, однако треска в их перечень обыкновенно не входит. Выпотрошить жирного торговца — это вполне в пиратских привычках, но научное судно… На какую добычу можно расчитывать?
На бледной шее офицера-ихтиолога дернулась какая-то жилка. Совсем незаметно, так, что увидела, должно быть, только Шму.
— Они не собирались брать добычу, — Линдра впервые отложила вилку, — Они собирались нас перебить.
Алая Шельма бросила на Линдру удивленный взгляд. Чувствовалось, что ей о многом хочется спросить, но чувствовалось так же и то, что в обществе офицера-ихтиолога она отчего-то чувствует себя крайне скованно, как человек, надевший чужой и непривычный, жмущий во многих местах, костюм. Она делала вид, что так поглощена едой, что даже не смотрела лишний раз в сторону Линдры, но в этот раз не сдержалась.
— Расскажите, — попросила капитанесса, — От начала и до конца.
Линдра сцепила пальцы в замок. Едва ли рефлекторно, скорее, хотела скрыть дрожь пальцев. От Шму не укрылось то, как мгновенно выцвели ее глаза и как затвердели желваки под кожей. Люди часто делают что-то такое, когда волнуются, это она уже знала. Или когда нервничают. Или когда…
— Это случилось четыре дня назад, сразу после полудня. Прошу меня извинить, если я буду пропускать какие-то детали или использовать сухопутные обозначения. Будь я небоходом, мне, наверно, надо было сказать что-нибудь вроде «когда пробило четыре склянки» или… Ладно, неважно. Итак, это было примерно в час пополудни. Наша «Макрель» шла самым малым ходом, все на борту были занятый работой.
— Изучали треску? — с непонятным интересом осведомился «Малефакс», — Хлопотное, наверно, дело.
На гомункула шикнули. Линдра несколько раз озадаченно моргнула — неожиданный вопрос выбил ее из колеи.
— Да. Треску. Кто заполнял рыбьи карточки, кто измерял добычу рулеткой… Я была в лабораторном отсеке, окольцовывала пойманную рыбу. На эту работу всегда назначают тех, кто помоложе. Сами понимаете — запах, руки в чешуе… Я бы вовсе ничего не заметила, если бы не наш бортовой гомункул. Он сообщил о том, что принимает сигнал бедствия с другого корабля, милях в пятидесяти от нас. Тоже небольшой совсем корабль, двухмачтовый, кажется… Я слабо разбираюсь в их типах. Но сразу заметила, что у него нет флага. Тогда мне показалось это странным, но…
— Как он назывался? — быстро спросил Дядюшка Крунч.