— Разве можно так безоглядно идти на помощь… — Шму даже не знала, что Дядюшка Крунч может говорить таким мягким, почти не дребезжащим голосом, — Стоило бы догадаться, что это ловушка. Впрочем, ученые всегда рассеяны. Не нюхали вы настоящих ветров…
Линдра стала катать пальцем по тарелке бесформенный бумажный ком.
— Мы подошли почти в упор, на двадцать-двадцать пять ярдов. И только тогда ударили ружья.
— Выстрелы поначалу прозвучали совсем нестрашно. Как легкие раскаты грома где-то вдали. Я даже не поняла, что происходит. Просто увидела, как на верхней палубе падают один за другим мои товарищи. Формандцы ударили по ним из ружей, понимаете? Нарочно подпустили поближе — и разом выстрелили…
— Вы живы, — голос Алой Шельмы дрогнул, — Все в порядке, офицер Драммонд. Вы целы и невредимы. И вы в безопасности.
Линдра стиснула салфетку в ладони. С такой яростью, словно между пальцами у нее было формандское судно.
— Они погибли — все пятеро, один за другим. Кто-то рухнул в Марево, свалившись за борт с пулей в груди. Кто-то корчился на палубе, не в силах подняться. Я помню доброго старого мистера Бломфельда, нашего… старшего научного офицера. Он хватал ртом воздух, а на губах у него лопались кровавые пузыри. Но он не пытался даже приподняться. Не пытался доползти до аптечки или вытащить пистолет. Он показывал мне на шлюпку.
— И вы сели в спасательную шлюпку?
— Полагаю, что так. Честно говоря, у меня в памяти зияет прореха, остались только синяки на ногах и занозы в ладонях. Видимо, я ползком добралась до шлюпки и свалилась в нее. У нас была всего одна на борту, да и ту, честно говоря, обычно использовали как мусорную корзину. Даже не помню, как мне удалось отшвартоваться — мне никогда особо не удавались сложные узлы… Помню лишь, как шлюпка рухнула вниз, точно камень.
— Меньше дерева — меньше подъемная сила, — отстраненно заметила капитанесса, — Надо было использовать парус.
— Паруса у меня не было. Но спасли облака. Те самые, что погубили нашу бедную «Макрель». Шлюпка ушла в них целиком, будто провалилась в кипу шерсти. Я даже не знаю, преследовали ли меня формандцы. Я просто впилась в руль и пыталась не дать шлюпке опрокинуться. Меня куда-то тащило, тянуло, потом снова вверх… Видно, Роза решила спасти меня. Спустя много часов, когда шлюпка наконец замедлилась и облака сошли, я обнаружила, что болтаюсь в одиночестве посреди бескрайнего неба. Ни кораблей, ни островов. А у меня только фляга воды и пара весел. Признаться, я поддалась панике, принялась грести изо всех сил. И, конечно, быстро сломала весла, оставшись вовсе без управления. Следующие четыре дня я просто дрейфовала по воле ветров, надеясь, что меня прибьет к какому-нибудь пограничному острову…
— Четыре дня наедине с небом… — Алая Шельма сочувствующе кивнула, — Немудренно распроститься с надеждой.
Линдра ответила на это грустной усмешкой:
— Еще прежде мне пришлось распроститься с верхней одеждой. Я пыталась использовать мундир в качестве сети, чтоб ловить рыбу, но даже для этого у меня не оказалось нужных навыков, я потеряла то немногое, что имела.
Воспользовавшись тем, что все увлечены рассказом, Шму попыталась скормить Мистеру Хнумру часть еды из своей тарелки. Но вечно голодный вомбат, кажется, впервые в жизни не принял угощения. Взглянув на Шму мутными, точно затянутыми какой-то серой пленкой, глазами, он отпихнул ее пальцы и хрипло задышал.
— Вам повезло, что Роза Ветров свела ваш ветер с «Воблой», — Дядюшка Крунч занес было руку, чтоб ободряюще похлопать Линдру по плечу, но вовремя остановился, сообразив, какими травмами это чревато, — Набирайтесь сил и приходите в себя, мисс. Самое страшное в вашей жизни уже закончилось. Поверьте, быть пиратской пленницей — не самое тягостное занятие, особенно на этом корабле.