Она не отступит. Стиснет зубы, напряжется так, что затрещат кости, но не отступит.
Но рука Линдры в белой перчатке не успела коснуться ее плеча. Потому что где-то за их спинами вдруг раздался топот ног, а затем кто-то оглушительно крикнул сквозь хищные завывания ветра:
— Руки прочь! Даже не вздумай коснуться ее, ведьма!
Шму попятилась, пока не прижалась спиной к поручням. Света на палубе было недостаточно, чтоб рассмотреть детали еще одной темной фигуры, вынырнувшей из ниоткуда, но воображение, всегда охотно приходящее страху на помощь, дорисовало недостающее — темная черта, простертая в их сторону, была пистолетом.
— Шму, ты в порядке? Она ничего тебе не сделала?
Шму замотала головой. Страх сковал внутренности ледяными цепями, да так, что и воздуха не глотнуть.
Фигура медленно приблизилась к ним, не опуская руки с оружием. Но ей не требовалось выходить на освещенное пространство, чтоб быть узнанной — помятая шляпа с огромными полями и россыпи связанных чем попало хвостов были заметны даже в темноте.
Линдра Драммонд кашлянула.
— Извините, мисс Тоунс, если я чем-то вызвала ваш гнев, — сухо и официально произнесла она, — Уверяю, у меня не было никаких злых намерений относительно мисс Шму.
— Замолчи! — велела ей Корди, едва совладавшая с собой от злости, — Только попытайся воспользоваться своей грязной магией — и я живо нашпигую тебя самым настоящим свинцом!
— Возможно, здесь какое-то недоразумение.
— Вот именно. Ты и есть самое большое недоразумение на борту «Воблы», но съешь меня карась, если я позволю тебе причинить нам новые беды!
— Но я…
— Ты отравила «Воблу» своими чарами. Ты отравила Мистера Хнумра. И ты отравила капитанессу. А сейчас решила добраться до Шму. Но этого я тебе не позволю, слышишь!
Она тоже боится, вдруг поняла Шму. Не по тому, как дрожал пистолет в руке Корди, и не по звенящему голосу. По чему-то другому. Сырная Ведьма сама боялась до дрожи в тощих поцарапанных коленках. Однако у ее страха был незнакомый привкус. Она боялась не за себя.
Корди подошла ближе. Напряженная, взведенная, как пружина, с направленным в лицо Линдре пистолетом, она выглядела куда старше своих лет — глаза сверкали, зубы стиснуты до скрипа, совсем не похожа на беззаботную девчонку, что любила сидеть на марсе, болтая в пустоте ногами. Что ж, страх умеет менять людей. Шму это знала доподлинно.
— Юная ведьма, пожалуйста, опусти пистолет, — голос «Малефакса» прозвучал безмятежно, но, кажется, все присутствующие почувствовали в нем напряжение, — Сейчас ты пытаешься действовать, как Ринриетта, а это редко доводит до добра. Некоторые узлы проще расплетать, чем рубить одним махом.
— Замолчи, «Малефакс»! Ты же знаешь, что она обманщица! Я просто хочу спасти всех нас от ее проклятых чар!
Линдра Драммонд выставила перед собой ладони в успокаивающем жесте.
— Я не ведьма.
— Ты привела проклятье на наш корабль! — Корди сделала еще несколько шагов, теперь ее и Линдру разделяло не больше семи футов, — Ты — и есть Леди Икс, которую ищет Габерон! Ты просишь о помощи, а потом губишь тех, кто подал руку!
Шму показалось, что сейчас Корди выстрелит. Настолько, что на языке появился знакомый горько-соленый привкус сгоревшего пороха, а барабанные перепонки напряглись в ожидании хлопка. Она представила, как Линдра Драммонд падает — маленькая фигурка в сером сукне, почти не различимая на фоне ночного неба. Всего один хлопок, на мгновенье разогнавший ночь, и ее страх навеки уйдет. Как иногда мало для этого надо…
Линдра молча смотрела в направленный на нее пистолетный раструб. Она не боялась, поняла Шму. На ее лице не было признаков страха, и на ведьму с пистолетом она смотрела с выражением высокомерного презрения, как смотрят на что-то несопоставимо более низкое и не представляющее никакой опасности.
— Всему экипажу! — гулко возвестил «Малефакс», — Собраться на верхней палубе у фок-мачты. Чрезвычайная ситуация.
— Здесь каждый квадратный фут — чрезвычайная ситуация! — магический ветер донес до них рык невидимого Габерона, — Мы сдали чертовым тварям еще одну палубу! Тренч, прижимай его сбоку! Лупи по лапам!..
— Не время, «Малефакс», — Дядюшка Крунч тяжело скрежетал, словно все шестерни в его могучем теле сцепились друг с другом, — Кошмары Шму делаются все более опасными и непредсказуемыми. Они прут откуда-то снизу и пытаются выдавить нас…