— Тренч и Корди не будут принимать участия в нашем совете, — Алая Шельма не удостоила канонира взглядом, — Они слишком юны, чтоб участвовать в подобных операциях, и мне не хотелось бы подвергать их жизни опасности.
Габерон страдальчески скривился:
— Опасность? Вот уж без чего я бы точно мог обойтись. Ну и что за битва нас ждет?
— Битва при Эребусе, — без улыбки ответила капитанесса, — Но подозреваю, что это название вам ничего не говорит. «Малефакс», будь добр.
— Сию минуту.
Воздух над квартердеком осветился, заставив Шму отпрянуть. Но грохота не последовало. Вместо этого в нескольких футах от палубы возникли линии, похожие на растянутые в пустоте светящиеся нити. Сплетаясь друг с другом и петляя, они быстро изобразили незнакомый Дядюшке Крунчу абрис — россыпь островов непривычной формы, похожих на скорлупки разбившегося яйца. Один из островов выделялся — он был определенно больше прочих и походил на веретено неправильной формы или неровно обрезанный женский ноготь.
— Эребус, — торжественно провозгласил «Малефакс», — Обитаемый остров, находящийся в воздушном пространстве Каледонии. Высота верхней оконечности — четыре тысячи шестьсот футов. Приблизительно восемьсот футов в длину, четыреста сорок в поперечнике. Значительное количество осадочных пород с обильным содержанием кальцитов…
Габерон разглядывал остров с пренебрежением, как и полагается опытному небоходу.
— Если я должен быть чем-то впечатлен, намекни. Пока что я вижу лишь несуразно длинный кусок камня.
— Возможно, увидишь за ним нечто большее, если я скажу, что именно здесь располагается штаб-квартира «Восьмого Неба».
Дядюшке Крунчу показалось, что главный силовой вал, проходящий через его позвоночник, заскрипел, словно кто-то водрузил на него дополнительную нагрузку. Наверно, так и чувствуют себя дряхлые старики.
— Замечательно, Ринриетта, просто замечательно, — пропыхтел он, разглядывая неказистый контур острова, — А теперь будь добра разъяснить нам, что ты задумала.
Алая Шельма с достоинством остановилась напротив него, по обыкновению держа руки за спиной.
— Небольшие деловые переговоры, только и всего, — на ее лице появилось выражение, которые Дядюшка Крунч машинально оценил как мечтательное, — О, это обычное дело среди коммерческих компаний. Если все пойдет, как надо, мы быстро расстанемся, сохранив взаимное уважение. Если нет… Полагаю, бумагомарак из «Восьмого Неба» ждут не лучшие времена. Возможно даже, биржевой кризис трехлетней давности покажется им сущим пустяком.
— Ринриетта!
Она состроила презрительную гримасу.
— Обещаю, я не буду бомбардировать остров, дядюшка. Но не потому, что испытываю к похитителям моего сокровища пиетет. Просто не хочу повредить «Аргест», если они прячут его на Эребусе.
Дядюшка Крунч уже собирался осадить ее, но его опередил Габерон.
— Никак вы решили объявить войну целой компании, капитанесса, сэр? — осведомился он, серьезнея на глазах, — Не слишком ли поспешное решение?
— Если понадобится воевать за то, что принадлежит мне по праву, я буду воевать. Даже с канцелярскими крысами. Да и что они мне сделают? Обрушат курс мотыля?
Габерон медленно поднялся со стула и сделал несколько шагов вдоль борта.
— Может, эти ребята и зарабатывают на жизнь порчей бумаги, да только не стоит воспринимать их как мелкий сор. Слабы они или нет, но им удалось отнять «Аргест» у твоего деда, а тот уж точно не был безропотным трусом.
— Беру сторону главного канонира, — деловито сообщил «Малефакс», — «Восьмое Небо» — не та сила, с которой позволительно заигрывать или опрометчиво себя вести. Думаю, мы все помним «Барракуду» и «Линдру». Компания, способная выставить современного боевого голема и не меньше дюжины метких стрелков, едва ли может считаться беззубой. Уже не говоря о том, что в ее планы, по всей видимости, входило спровоцировать внутреннюю войну в Унии.
При упоминании «Линдры» Ринриетта немного зарделась, но последний аккорд заставил ее заметно помрачнеть.
— Это верно, — признала она неохотно, — За «Восьмым Небом» определенно кроется сила. Сила непонятная сама по себе и непонятно, на что направленная, но явно зловещая. Мы до сих пор не знаем, на что она рассчитывает, планомерно пытаясь столкнуть лбами Формандию и Готланд…
— На то же, на что и ты, — в этот раз Дядюшка Крунч не позволил своему голосу задребезжать, — На то, что Уния порвет саму себя в череде внутренних склок, а когда пыль осядет, окажется, что во всем небесном океане не осталось силы, способной противостоять «Аргесту». И его новым хозяевам.