— Дай его мне, Ринриетта, — Дядюшка Крунч поднял свои грузовые клешни и лязгнул ими, — Через минуту у тебя будет не один, а целая дюжина управляющих распорядителей, хотя бы один из них ответит на все вопросы… Габби, закрой двери. Крики могут отвлечь служащих от важной работы.
Они обступили мистера Роузберри со всех сторон. Сейчас с него слетит фальшивый лоск вместе с пудрой, мрачно подумал Дядюшка Крунч. Можно долго разглядывать рыбешку, но суть ее поймешь только лишь после того, как снимешь чешую.
— Прелестная капитанесса, могу я заняться здешним гомункулом?
Голос «Малефакса» прозвучал слабее, чем на палубе «Воблы», сказывалось расстояние, но предвкушение схватки в нем прямо-таки звенело.
Судя по всему, он рвался в бой, чтоб расквитаться с магическим хозяином острова за свое недавнее унижение, и Дядюшка Крунч отлично его понимал.
Алая Шельма звучно щелкнула пальцами:
— Действуй, «Малефакс»! Перекрой ему ветер! Отключи всю связь, блокируй двери, парализуй причалы и портовые службы. Я хочу, чтоб за минуту этот остров превратился в кусок мертвого камня.
— Мне не понадобится много времени, — зловеще пообещал «Малефакс».
Мистер Роузберри испуганно попятился, теребя изящный дамский зонтик, который вновь оказался у него в руках. Но если он надеялся, что тонкий слой прозрачной кисеи станет надежной защитой от заточенной стали, его ожидало большое разочарование.
— Ах, как это грубо, — пробормотал он беспомощно, — Как по-пиратски…
Где-то в мире невидимых чар «Малефакс» сейчас устремился в бой, развернув свои магические паруса и выверив прицелы пушек, об истинной силе которых знало не так много людей во всем воздушном океане. Как бы ни был хорош гомункул «Восьмого Неба», через несколько секунд хозяин Эребуса превратится в россыпь тлеющих обломков, устремившуюся к Мареву.
Но за секундой проходила секунда, а «Малефакс» все не отзывался. Тишина делалась все более напряженной, возможно, из-за блуждающей улыбки мистера Роузберри, которая все больше и больше раздражала Дядюшку Крунча. Если сперва она выглядела неуверенной и беспомощной, то сейчас уже не казалась таковой. В ней опять сверкнуло что-то неприятное, что-то, что Дядюшка Крунч прежде уже замечал в напудренном лице мистера Роузберри. Что-то, чему он, старый абордажный голем, плохо разбиравшийся в людях, не мог дать ни названия, ни обозначения.
Его внутренний хронометр отмерил девяносто три секунды, когда Ринриетта потеряла терпение.
— «Малефакс»?
— Еще… немного, — голос гомункула сделался тише, точно он сам стремительно терял высоту, отдаляясь от острова, — Я… Пытаюсь обойти его линии защиты, но… Возможно… Возможно, он не так безнадежен, как я сперва полагал. У него очень… очень странная конфигурация активных контуров. Совершенно нестандартный узор, должно быть, какая-то внутренняя разработка… Я…
— Ты не можешь его расколоть?
— Могу, разумеется, просто… Просто мне может потребоваться больше времени, чем я предполагал… Очень странная конфигурация, меня прямо морозным ветром пробирает… Подобного я не видел даже на военных кораблях Унии… Словно его собирали не ведьмы, а какая-то безглазая рыба…
Мистер Роузберри вежливо слушал, склонив голову набок. Несмотря на слой пудры и помады, улыбка на его лице, казалось, делалась все более яркой.
— Варварские методы, — вздохнул он с нарочитым смирением, не вяжущимся с этой цветущей улыбкой, — Вы все еще считаете, что чем грубее, тем надежнее. Что ж, пришло время оценить новую эпоху на вкус. «Барбатос», активная фаза.
Он произнес это негромко, но Дядюшке Крунчу показалось, что воздух в зале на мгновенье вскипел, как вода в забытом на огне котелке.
А секундой позже «Малефакс» закричал.
Дядюшка Крунч никогда прежде не слышал, как кричат гибнущие гомункулы. В грохоте ядер и скрежете лопающихся мачт голоса невидимых существ сложно было различить. Но «Малефакс» кричал оглушительно громко, отчаянно, так, словно сплетенные из чар веревки разрывали его на части.
— «Малефакс»! «Малефакс!» — Алая Шельма запрокинула голову, словно надеялась под высокими сводами зала разглядеть мятущуюся магическую тень своего помощника, — Что с тобой? Докладывай!
«Малефакс» заскрежетал зубами, то ли от бессилия, то ли от боли.
— Он… Оно… Оно застало меня врасплох. Мои входные контуры парализованы. Оно пробивается все выше… Оно перехватывает мои команды. Я не успеваю перебрасывать ресурсы… Великая Роза, в каких глубинах Марева создали это чудовище? Это вообще не гомункул, это…