К нам спустился со сцены Иван, пожал руку Вертинскому, и мне улыбнулся.
- Мы закончили. Через десять минут жду в холле. Ты посмотришь ее? – этот вопрос уже относился к Сергею.
Тот кивнул.
- За тем и пришел.
Иван пошел в сторону бара, а я поднялась.
- Что исполнить? Старую программу? – спросила, закидывая сумку с формой на плечо.
- Давай импровизацию. Под разную музыку, – милостиво выдал Вертинский.
Я кивнула и пошла переодеваться.
Вернувшись в зал после своего короткого выступления, вновь подошла к Сереге. Тяжело дышала с непривычки, высокие каблуки сильно давили, но я улыбалась.
- Ты в хорошей форме. Это радует, - заметил Вертинский.
- Я уже и забыла, как это сложно – танцевать, - отозвалась я, взяла со столика стакан воды без газа и жадно выпила. – Уф.
К нам присоединился Иван. Легонько хлопнул меня по плечу и кивнул Вертинскому.
- Надо хорошо поработать над новым номером, а так все неплохо.
- Вот ты этим и займись. В пятницу ее сольник будет гвоздем программы.
Иван вскинул брови, я признаться, тоже удивилась.
- Ты уверен? А как же Аннета? – спросил осторожно тренер.
Вертинский лишь нетерпеливо махнул рукой.
- Ты не первый год со мной работаешь, чтобы понимать - Аннета не принесет клубу такой выручки, как Лола.
С минуту они смотрели друг на друга, после чего Иван улыбнулся и кивнул.
- Боюсь, что твое возвращение сюда не будет сладким, – повернулся он в мою сторону.
- А я сладкое не ем - оно портит фигуру, – отозвалась я, сев в кресло рядом с Сергеем.
Иван посмеялся и оставил нас одних.
- Он, конечно, прав, – заметил мне Серега уже серьезнее. – Аннета не та девчонка, которая просто так отдаст тебе свое место.
Я пожала плечами.
- Мне вполне достаточно своего. Ей не о чем волноваться.
- Ладно, подождем пятницу, может еще новая программа кому-нибудь не придется по вкусу.
- Надеюсь, ты заблуждаешься. Мне очень нужна эта работа, –серьезно сказала я, поднявшись. – Ладно, пойду переодеваться. Надо ехать в сад. А то уже половина пятого.
Сергей тоже встал, проводя меня до выхода.
- Не забудь заехать к Ижевскому.
- Я помню. Он все там же обитает?
- Да.
В холле Вертинский остановился и с минуту задумчиво меня разглядывал.
- Я решил, что ты не будешь выступать как Лола. Это действительно уже в прошлом, и твой танец сегодня тому подтверждение. Лола осталась где-то далеко позади тебя.
- И как я буду зваться? – в принципе, мне было все равно под каким именем выступать, лишь бы платили хорошо, но я понимала, что для клуба это важный момент. Если мое выступление будет иметь успех, то новое имя разнесется по городу со скоростью света - на что, кажется, и рассчитывает Вертинский.
- Не вижу смысла мудрить. Ты будешь выступать под своим именем.
- Уверен? По-моему, Маргарита –как-то громоздко для сцены, – заметила я.
Он кивнул.
- Будешь Марго. Как у Булгакова.
Я шутливо скривилась.
- Между прочим, жизнь у нее была не сахар.
- Сама сказала, что не любишь сладкое, – рассмеялся Сергей. – Так что привыкнешь.
Я лишь пожала плечами.
- По большому счету, мне все равно. Марго так Марго. Ладно. Я поехала.
- Пока.
В фотостудию к Ижевскому я влетела с опозданием на пятнадцать минут. Долго звонила в дверь, никто не соизволил мне открыть. Рядом со мной стоял запыхавшийся Никита, которому бег от троллейбуса до жилого дома, в котором мой давний друг снимал студию, не показался веселым занятием.
- Мы на долго сюда?
Я вновь нажала на звонок.
- Нет. Буквально на полчаса. Я быстро сфотографируюсь и поедем домой.
- Я голодный.
- Тебя же кормили в садике, – удивилась я.
Сын скорчил рожицу.