Но дальше стало только хуже. Пока сестра разбиралась с ближайшими нападавшими, остальные успели добраться до их убежища. И вот уже сразу четыре ствола были направлены на девочку. Казалось бы, все кончено, но тут Ганс встал, и подойдя к сестре, загородил её собой. Увидев взгляд своего братишки, Грета испугалась даже больше, чем перед близкой и неизбежной смертью. На лице мальчика было странное выражение, жестокости и решительности. Он внимательно посмотрел в глаза ближайшему штурмовику, и тот уверенно навел автомат на ближайшего сослуживца, а затем выстрелил. Остальные застыли, словно статуи.
— Идём сестренка, — тихо произнёс мальчик, это были первые его слова, с момента как они покинули бункер. — Они ничего нам не сделают.
Подобрав вещи, и взяв за руку брата, девочка, все еще не веря в происходящее, медленно направилась к выходу. Осторожно обходя стоящих мужчин и женщин в военной форме.
***
Они долго шли быстрым шагом, иногда переходя на бег, пока окончательно не устали. Приближался рассвет. Когда дети наконец остановились, то поняли, что заблудились. Город остался далеко позади, а впереди стояли темные силуэты, выгоревших и сухих деревьев. Странный, буро-коричневый мох, покрывающий стволы давно мертвого леса, создавал впечатление, что вокруг стоят ржавые остовы непонятных механизмов. Когда Грета остановилась на небольшой привал, обнаружилось, что все это время они шли по едва заметной тропинке, а вокруг была давящая тишина. Даже ветер, шевеливший уродливые ветви деревьев, не издавал ни звука. Мрачная картина, и зловещая тишина, постепенно наводили на детей животный страх. Грета попыталась успокоить себя и брата, но не услышала ни звука, из того, что начала шептать. Горло девочки сдавило от страха. Словно в трансе, она взяла глок, и выстрелила в сгущающуюся вокруг тьму. Звука не последовало. Только вспышка, щепки и комья бурого мха, отлетевшие от ближайшего дерева, обозначили выстрел. В ужасе девочка закричала, безмолвно раскрывая рот.
Вцепившись в руку брата и постоянно водя стволом пистолета из стороны в сторону, девочка всматривалась в сумрак вокруг, и поспешно двигалась по тропинке, подальше от этого кошмара. На грани видимости, вдалеке, замерцал теплый желтый свет. Постепенно, в сумерках, прямо по движению, стали проявляться контуры землянки, в окне которой светила свеча. Внезапное появление жилья, где возможно были живые люди, воодушевило Грету, а вот мальчик, наоборот становился все более мрачным. Его лицо вновь приобретало то самое выражение, что так напугало сестру в руинах города.
Уже на подходе к лесной избушке, можно было почувствовать изумительный аромат еды, настоящей, приготовленной на огне. В голове Греты невольно всплыли воспоминания о тех далеких временах, когда у них с братом ещё были Мама и Папа, а на обед, готовилось изумительное тушеное мясо. Постепенно, вокруг стали появляться и звуки, первым что дети услышали были их собственные шаги, но звучали они так, словно уши были заложены ватой.
— Сестренка, — очень серьезным тоном начал Ганс, — мне не нравится это место.
— Почему? — Грета была удивлена и слегка вздрогнула, когда услышала тихий голос своего брата. — Там же могут быть люди, вдруг они смогут нам помочь?
— Нет, — голос брата звучал все тверже и увереннее, — давай уйдём отсюда, пока…
Внезапный резкий звук давно проржавевших петель прервал речь мальчика, а в открывшемся проеме, подсвеченном мягким, желтым светом появилась невысокая сгорбленная фигура.
— Кто здесь? — Старуха, что стояла возле открытой двери, подслеповато всматривалась в сумрак вокруг, и старательно принюхивалась, втягивая воздух крючковатым носом. — Я вас слышала, покажитесь! — Последняя фраза прозвучала резко, а в голосе послышалось звериное рычание.
Ганс напряжённо всматривался в пространство перед собой, словно ничего вокруг не замечая. Взгляд мальчика беспокойно бегал, что-то выискивая. Затем мальчик сильнее сжал руку сёстры, и почти сквозь зубы прошептал.
— Сестренка, смотри внимательнее…
Всего миг, и глаза Греты в ужасе расширились. Дом, её хозяйка, и все вокруг, словно мираж, пошло рябью и внезапно исчезло. Рядом, всего в паре шагов, оказалась огромная тварь, хищный оскал которой был усеян острыми зубами. С потемневших клыков капала слюна. Аромат домашней пищи, резко сменился гнилостной вонью из пасти монстра. Испуг продлился лишь пару мгновений. Рука девочки, по прежнему сжимающей рукоятку верного глока, была вскинута. Раздался слишком громкий, после гнетущей тишины звук выстрела, а пуля попала прямо в разинутую пасть, раскрошив по пути зубы чудовища.