Дом строил долго.
Фундамент скреплять было нечем (попробуй сюда притащить на горбу хотя бы мешка три цемента), поэтому тщательно Глобус укладывал камень за камнем, стараясь найти подходящие. Впрочем, камней было много, а Глобус спешить не любил.
Затем, не спеша, аккуратно, сложил на фундаменте что-то похожее на примитивный камин, скрепив камни глиной. Хорошую глину нашел за ручьем, впадающем в реку, в распадке.
Закончив камин, подождал, пока высохнет глина и стал обжигать, разводя небольшой костерок внутри очага.
Понемногу камин закоптился, прогрелся внутри и дым от наколотых дров начал уходить в трубу, а не в хижину.
Для стен срубил несколько сосен - высоких и ровных, почти без сучков, но приволочь их из леса - проблема. Пришлось трелевать по кустам тяжеленные брёвна простой самодельной лебёдкой.
Устал, как собака, но дом получился удобным, надёжным и тёплым.
Закончил строительство к осени.
Рыбалка закончилась, а для охоты какой-никакой нужен ствол. Лицензию бывшему зэку, конечно, никто бы не дал, а браконьерничать... Нет уж.
На зону совсем не хотелось.
Всю зиму он прожил в посёлке, а летом вернулся. Дом ждал его. Глобус разбил огород, воткнул семена в самодельные грядки и снова вернулся к рыбалке.
/////
В июле пришёл ежегодный муссон - всё небо затянуто тучами, а ветер легко выдирает громадные сосны на склонах - с корнями, они у сосны небольшие, а почва в горах совсем тонкая.
Блеск молний и грохот такой, что Глобус боялся оглохнуть, а ливень ударил стеной. "Из ведра" - совсем не метафора, тонны воды стремительно падали вниз с сильным шумом. И не зарядом в пятнадцать минут - часами и сутками, с небольшим перерывом.
Вода на реке стала мутной, и грязная пена скрывала обломки деревьев, коряги и пни - и даже лесины длиной в двадцать метров, ободранные, без коры и ветвей, несущиеся по течению быстрее бегущего человека.
Запруда заполнилась сразу, и Глобус следил, как прибывала вода, подбираясь к фундаменту дома. Скорее всего, часть воды уходила на сливе, но где это - Глобус не видел. Шумела вода, и даже в пятнадцати метрах уже всё терялось за плотной стеной из дождя.
Дождь лил непрерывно, и ночью от шума уснуть он не смог. Довольно надёжная крыша из плах текла решетом, на полу были лужи и всё, что не спрятано было в пещере, промокло насквозь.
//////
Наутро бушующий ливень затих, но солнце по-прежнему пряталось за тяжёлыми низкими тучами, и молнии продолжали сверкать вдалеке. Дождь кончился, но вода прибывала всё выше и выше.
Река несла пену, и, значит, поднимется выше - приметы он знал с далёкого детства. Однажды у бабушки видел такое же буйство стихий, и знал, что никто не сумеет сдержать эту страшную силу.
Подумав, он начал таскать к основанию дома тяжёлые камни, чтобы не смыло фундамент. Вода поднималась быстрее, и Глобус проигрывал - сил было мало, но он продолжал бесполезную, в общем, работу.
Теперь вокруг дома лежала изрядная груда камней, и мутный поток начинал заливать её, поднимаясь всё выше и выше. Теперь за камнями ходить приходилось совсем далеко, но Глобус упорно таскал каменюки, стараясь направить течение в сторону.
Устал и замёрз, но огонь развести не сумел - промокло всё насквозь. Сухие дрова, что он наготовил на зиму, снесло пенным мутным потоком, а сад-огород... На месте ухоженных грядок кипела вода.
Пытаясь согреться, накинул на плечи сырую палатку и тупо сидел, ковыряясь ножом в открытой жестянке с тушёнкой. Вода прибывать перестала, и Глобус решил, что, наверное, справился.
Как бы не так...
Внезапно послышался шум, как от сильного ветра, и Глобус увидел, как вниз по реке идёт вал воды - высотой метра три. На гребне из пены виднелись лесины, коряги, обломки ветвей, а вал всё быстрей и быстрее катился, неся с собой камни и брёвна.
Теперь нужно было спасаться - и Глобус, схватив, что попалось под руку, рванул вверх, к ещё незатопленным скалам. Успел. Вал ударил в фундамент, но дом устоял, и вода покатилась к запруде, к камням - со скоростью поезда и с оглушающим шумом.
За валом вода принесла сруб таёжной избушки, но при ударе о камни стальные крепёжные скобы со скрежетом выдрало, и брёвна, мелькнув в водопаде, исчезли внизу, в грязной пене.
Вода продержалась неделю. Расстроенный Глобус таскал каменюки, стараясь усилить фундамент, но в доме не спал - боялся, что может прийти новый вал, и камни не выдержат. Если дом смоет, из мешанины камней и обломанных брёвен не выбраться.
Однажды, когда он пришёл умываться на берег, увидел, что туч больше нет. Ни одной. Бескрайнее синее небо, ни облачка, ни ветерка - и только вода у крыльца продолжает нести какие-то щепки и мелкие ветки.
Через неделю река успокоилась и вошла в берега - осталась у домика груда камней, что Глобус таскал туда всё это время, да место, где был огород.
От него ничего не осталось.