- Пока поживём у тебя?- обратилась Людмила.
- Живите. Тайга не моя.
Людмила привычно и быстро поставила полог, под ним - небольшую палатку на двух человек. Тем временем Лёна достала кота и стала кормить его "Вискасом", насыпая "котячье жрадло" в железную миску.
На ужин, который совместно готовили гостьи, Иван заявился с отчищенной миской и ложкой, вполне справедливо считая, что лишней посуды в тайгу не берут.
Еда превзошла ожидания. Обе готовить умели, и Глобус, умяв две добавки, с трудом оторвался от чашки.
- Спасибо!
- Еще будет чай,- сообщила Ивану довольная Лёна.
Когда успокоились, Глобус пошел проверять закидушки на дальний от лагеря берег. Людмила пошла вслед за ним - неслышно, но Глобус учуял звериным чутьем, обострившимся здесь за последнее время.
- Мы здесь неспроста,- сообщила Людмила.
- Я понял.
- За Лёной решил приударить Цыган, сказал, что пора ей. Ему ненадолго, а девка пойдет по рукам.
Бандита он знал. Караулов Семён, по кличке Цыган был смотрящим, которому Глобус представился прежде, чем начал работать в посёлке.
- А ты?
- Я сказала ей нет, и в лес увела на недельку-другую.
- Цыган не отстанет.
- Я знаю,- сказала она.
- С Цыганом сама разбирайся. Я срок отсидел - и больше не буду. Дела не мои.
- Но ты не с Семёном?
- Я сам по себе.
Людмила ушла, а Иван, разобрав закидушки, вернулся домой и отправился спать.
///
Они заявились назавтра, под вечер: тщедушный Семён, и с ним два приятеля. Цыган и кореш с двустволками, а третий стоял с пулемётом. Калашников, 7.62
Охотники часто такой покупают: в тайге длинный ствол и отменная точность - гарантия, что не вернёшься с пустыми руками.
- Зачем тебе девка?- наехал Цыган на Ивана.
- Мне нахрен она не нужна,- поднимаясь, ответил Иван, стараясь держаться поближе к костру. В чурбаке у костра торчал небольшой, но удобный топорик.
- Не балуй! - мужик с пулемётом повёл в его сторону длинным стволом.
- Зачем она вам?
- Погуляем. Не хочешь попробовать? Сладкая девка.
- Я сам по себе,- отвечал ему Глобус.- Смотрящий здесь ты, так тебе и решать.
- А может её прямо здесь разложить?- вмешался мужик в камуфляже с двустволкой.
- Потерпишь,- ответил Цыган,- Собирайся!
Олёна стояла, не зная, что делать. Сейчас уведут её... Мама!
- Давай,- обратился к Олёне Иван,- Бери свой рюкзак и вали. Загостилась.
Бандиты заржали.
Два выстрела слились в один. Цыган обернулся - мужик с пулемётом стоял на коленях, рукой зажимая пробитую шею; второй, в камуфляже, лежал на спине, раскинувши руки, на тёплых от летнего солнца камнях.
- Зря их притащил,- сообщила Цыгану Людмила, прижимая винтовку к плечу.- Мужики неплохие. Могли бы и жить.
- Стреляй,- Караулов смотрел ей в глаза,- Стреляй, или я до тебя доберусь. И сучку твою малолетнюю... Думаешь, я,- Цыган потянулся за спину, к двустволке.
Людмила нажала на спуск.
- Неплохо стреляешь,- сказал ей Иван.
- Неплохо учили,- ответила женщина, выщелкнув полупустой магазин и вставляя в приёмник заполненный, новый.
- Ты правда отдал бы меня им?- очухалась Лёна.
- Вот дура. Он их отвлекал, чтобы я добралась до винтовки.
- Спасибо, Иван Николаич!- расплакалась девушка.
- Да ладно тебе. Убирать надо этих...
Девчонку шатнуло.
- Сиди уж,- сказала Людмила,- Мы как-нибудь сами.
Возились до позднего вечера. Глобус прибрал пулемёт, проверил карманы бандитов. Потом они с женщиной долго искали, куда можно спрятать тела, а ружья, одежду и мелкую мелочь он выбросил в Реку, в пяти километрах от дома.
Потом замывали следы на камнях. Кое-что не отмылось, и Глобус с Людмилой упёрли тяжёлые камни к реке, забросив их там, где поглубже. На место поставили новые - с дальнего берега, чтоб не бросались в глаза пустые места среди каменной отмели.
/////
Наутро Людмила сказала: - Иван! Однако, тебе будет баба нужна.
- Себя предлагаешь?
- Моё отгорело. Олёну возьми, ей в посёлок нельзя.
- Да пусть так живёт. Мне жена не нужна.
- Не ври мне. Нужна тебе баба - так лучше сама, по добру...
- А как не пойдет?
- Я ей, б**ть, не пойду. Олёна!
Олёна явилась, держа на руках котофея.
- Пора мне назад. Пойдёшь за Иван Николаича замуж?
Девчонка смутилась, стрельнув из-под чёрных ресниц пронзительным взглядом в мужчину.
- Пойду! Почему не пойти... Он добрый. И кот его любит.
- Смотри мне, гулёна! Хвостом вилять будешь - сама пристрелю, как... споткнулась Людмила, поймав взгляд собаки.- Стрелю, как козу!
- С условием. Будем венчаться. По правилам, в церкви. В костёле.
- Ты как?
- Я не против. Да где ж здесь найдешь хоть какого попа?
- Ну, можно потом. Я покаюсь. Но только католика. Я католичка.
- Ты дура,- ответила мать,- Так пойдешь, или нет?
- Пойду. А потом обвенчаюсь.
- Замётано,- бросил Иван.
- Совет да любовь,- отозвалась Людмила.