Ни на один из вопросов у меня нет ответа.
Глава 12
На следующий день за завтраком Альфа не упоминает о моей увеселительной прогулке и, как ни в чем не бывало, распределяет нам задания.
— Орэндж, одиночная миссия, которую мы обсуждали, — говорит он.
Орэндж кивает, и копна оранжевых волос падает ему на лицо.
— Грин и Блу, сегодня занимаетесь историей.
Грин кивает, а Блу нет. С того момента, как я зашла, он пристально смотрит на меня через весь стол. Просто смотрит. Это очень странно.
— Индиго… Где Индиго? — спрашивает Альфа, как будто только что замечает пустующий рядом со мной стул. Забавно. Лично я обратила на это внимание сразу же.
— Не знаю, сэр, — отвечает Ред. — Он ничего не говорил о том, что будет отсутствовать утром.
— Он плохо себя чувствует, — прочистив горло, произносит Зета.
— Семейственность во всей красе, — бурчит про себя Блу. Большинство присутствующих охают и поворачиваются в мою сторону. Только Альфа, Зета и Вайолет даже не вздрагивают. Но это потому, что они уже в курсе моей осведомленности.
— Да заткнитесь уже, — говорит Блу. — Она знает.
Альфа сворачивает салфетку и кладет ее на стол. А потом поправляет галстук и встает.
— Блу, на пару слов, — кивнув головой в сторону двери, говорит он. — Остальные выполняют задания.
Полагаю, завтрак на этом закончен, хотя лично я не имею никакого представления о своем задании. Последние дни мне только и говорят, что «изучать историю начала двадцатого века». Наверное, сегодня будет то же самое. Я отодвигаю стул и встаю рядом со всеми. Но Грин отходит от меня подальше, как будто я лев, который сидит в клетке, и все только что обнаружили, что у нее открыта дверь. Орэндж встречается со мной взглядом и сразу же отводит его.
Хорошо ребята, я все поняла. Я — чужачка. Я не одна из вас, потому что меня не произвела на свет одна из ваших путешествующих во времени мамочек.
Разворачиваюсь и иду в библиотеку.
— Ирис, — говорит Зета. — Куда это ты собралась?
— В библиотеку, — бурчу я, даже не подумав обернуться.
Зета встает передо мной.
— Сегодня у тебя миссия. Твоя первая настоящая миссия.
Я резко разворачиваюсь. Настоящая? Не тренировочная?
— Никто ничего не говорил мне об этом.
— Знаю, — отвечает Зета. — Альфа решил, что ты готова, только вчера вечером.
Странно. Он принял решение до или после того, как хорошенько словесно отшлепал меня?
Зета поворачивает голову к двери.
— Еллоу и Вайолет, вы тоже идете.
Еллоу брезгливо цокает языком, а Вайолет смотрит на меня ледяным взглядом. Я смотрю на нее в ответ. Если она думает, что я моргну первой, то глубоко ошибается.
— Следуйте за мной. — Зета направляется к лестнице, которая ведет в подвал. Еллоу разворачивается на каблуках и с важным видом идет за ним, Вайолет топает следом. Топает. Как ребенок.
— Ненавижу командные миссии, — шепчет Вайолет Еллоу на лестнице. Не имею понятия, о чем она говорит.
Зета придерживает для нас дверь и машет рукой в сторону классной комнаты, которая находится справа. Мы заходим в нее. На передней стене установлен большой проектор и телевизор. Я устраиваюсь за одной из дюжин парт, на каждой из которых лежит желтый стандартный блокнот и набор карандашей. Вайолет и Еллоу садятся через стол от меня.
— Девочки, — приветствует нас Зета, а потом смотрит на меня. — Ирис. Я придерживаюсь практики испытания огнем. Ты ничему не научишься, пока тебя не бросить в пламя и не заставить самой искать воду. Для всех первых миссий характерно сильное давление, высокие ставки и огромный риск. Шанс провалить ее очень высок, шанс умереть еще выше. Ты готова?
Мое сердце бьется, как сумасшедшее. Это то, для чего меня тренировали в Пиле. Я прошла через десятки высокострессовых симуляций, но никогда не участвовала в реальных миссиях. Никогда. Раньше я тоже всегда нервничала, но сейчас меня просто трясет. Чувствую себя невесомой.
— Я готова, — отвечаю я.
А внутри меня все рушится. Как же так! Я отправляюсь на опасную миссию, где меня с большой долей вероятности могут убить, а моя команда даже не желает сидеть рядом со мной.
Зета включает прожектор. Несколько секунд экран остается белым, а потом раздается щелчок и появляется изображение. Это картина. Женщина сидит за фортепьяно, а другая женщина стоит за ним, слегка приподняв руки и приоткрыв рот, как будто она поет. Мужчина сидит к ним лицом. Красивая картина. Очень красивая. Я прищуриваюсь и изучаю платье певицы.