— И где он сейчас?
— Спрятала. Подальше от глаз. Это нехорошие камни. Злая роскошь. Я не просила этот браслет. Я вообще боюсь таких подарков. Это как метка. Будто Север ошейник на меня надел, только драгоценный. И снять его страшно, и носить невозможно. Я боюсь Севера. До дрожи боюсь.
Света прыскает смехом, закидывая ногу на ногу.
— Ой, да ладно тебе нагнетать! Боится она. Ну, раз так боишься — попроси Ярика за тебя заступиться. Пусть поговорит по-мужски!
Смотрю на нее устало.
— Мы расстались. Я же тебе рассказывала. Все, нет больше никакого Ярика.
— Ну а если бы помирились? — не унимается подруга, хитро улыбаясь. — Заступился бы? Представь: рыцарь спасает даму от дракона!
— Свет, ты вообще не понимаешь… Какой рыцарь? Какой разговор? Север бы Ярика просто уничтожил. Размазал бы по стенке, даже не заметив. Это разные весовые категории. Ярик — это домашний кот, а Север... машина для убийства.
— Да ладно? Прям машина? А как он выглядит вообще? Фотка есть?
— Нет у меня никаких фоток.
— Ну так давай в инете пробьем! — Она тут же хватает ноутбук, который стоит на столике среди кружек с чаем. — Фамилия как? Градов?
Начинаем искать.
Интернет неохотно выдает информацию.
Ссылки на старые уголовные дела, какие-то сухие сводки. Изображений почти нет.
Находим всего несколько: из зала суда или с задержаний, где Север либо на заднем плане, либо в окружении других таких же мрачных личностей.
Света приближает одну из фотографий, где Север стоит вполоборота в расстегнутой куртке.
— Ого... — тянет она, и в ее голосе звучит не страх, а восхищение. — Слушай, ну он прям мужик! Смотри, какой здоровый. Плечи — во! Брутальный такой, мощный. И взгляд... Ух, какой серьезный и опасный! Харизматичный дядька, ничего не скажешь. Я понимаю, почему ты вся на нервах. От такого энергетика, наверное, за километр фонит.
Я лишь качаю головой, глядя на экран.
Света видит картинку.
Она видит «плохого парня» из боевика, образ, который кажется ей притягательным.
Подруга не понимает всей той жопы, что происходит на самом деле.
Потому что эта жопа происходит не с ней.
Для нее это сплетня, щекочущая нервы история.
— Света, это не кино. Он монстр.
— Ну ладно-ладно. — Она закрывает вкладку, но глаза все еще блестят.
Собираюсь с духом, чтобы сказать главное.
— На самом деле все хуже, чем ты думаешь. Скоро комиссия по его делу.
— И что?
— Если он ее пройдет... а он, скорее всего, пройдет, потому что там все схвачено... то уже через месяц он выйдет на свободу.
— Серьезно? — Света перестает улыбаться.
— Начальник колонии специально нанял меня для этих воспитательных лекций, чтобы в личном деле была галочка о «социализации», — продолжаю я, нервно теребя край диванного покрывала. — Но они не помогли.
— Ты уверена?
— Уверена. Север сказал мне... прямо в лицо сказал, что сделает все, чтобы выйти. И что когда освободится, придет за мной.
Повисает тишина.
С улыбки Светы слетает последняя тень веселья.
До нее наконец доходит. Одно дело — страшный зэк, который шлет подарки, где-то там за забором.
И совсем другое — этот же «брутальный мужик» на свободе, одержимый твоей подругой.
Света напрягается, хмурит брови.
— Та-а-ак... — тянет она без всякого задора. — Это уже не смешно. Надо что-то делать, Варь. Вот твоя поехавшая бабка удивится, когда к ней в дверь постучится зэк. Представляю ее физиономию.
Меня передергивает от этой картины.
— Тогда точно попрощаюсь с комнатой. — Роняю лицо в ладони, чувствуя, как от безысходности начинает болеть голова. — Если она узнает, что за мной бегают уголовники, она меня просто проклянет и выгонит.
Света отставляет кружку.
— Ну, если все так серьезно, то я готова разделить с тобой риски, подруга.
Поднимаю на нее удивленный взгляд.
— Каким образом?
— Можешь пожить у меня какое-то время. Я тебя спрячу. Места мало, зато надежно. Вдвоем не так страшно, да и адрес этот он вряд ли знает. Пересидишь тут первое время, пока все не уляжется.
Меня накрывает волной благодарности.
Света — настоящий друг.
Она готова потесниться, терпеть неудобства и даже подставиться под удар ради меня.
Но именно поэтому внутри тут же вспыхивает тревога.
Меньше всего на свете мне хочется впутывать ее в эту историю.
Север непредсказуем.
Если он придет сюда... Я не прощу себе, если со Светой что-то случится.