Я просыпаюсь по ночам, вздрагиваю от каждого шороха, оглядываюсь на улице, когда кто-то идет следом.
Но я надеюсь, ему теперь не до меня. У него своя жизнь, дела.
Столько дней прошло... Он же забыл, правда?
Но страх все равно не отпускает.
Резкий телефонный звонок разрывает тишину.
— Кому еще что надо? — возмущается Света, доставая телефон из кармана.
Внутри все обрывается.
— Кто... кто звонит? — спрашиваю, когда Света смотрит на экран.
Она сначала удивленно выпучивает глаза, и мое сердце проваливается в пятки.
Но потом Света морщится и ехидно протягивает:
— О-о-о, мамкин ловелас!
Облегчение накрывает меня волной.
Я сразу понимаю, о ком речь.
— Тебе звонит? Зачем? — выдыхаю, все еще чувствуя, как колотится сердце.
— Сейчас и узнаем, — Света ухмыляется и отвечает на звонок, сразу включая громкую связь. — Привет, Ярик, — говорит, закатывая глаза в потолок.
— А че, я тебе набрал, что ли? — заявляет Ярик.
— Нет, блин, царице Клеопатре! — рявкает Света.
Ярик молча сопит в динамик.
Медлит, почему-то не сбрасывает звонок. Я стою рядом, закусив палец от напряжения, и смотрю на подругу.
— Раз уж созвонились, то как хоть дела у тебя? — спрашивает Ярик, как с барского плеча.
— Пока не родила, — язвительно отвечает Света, щурясь и с усмешкой поглядывая на меня.
— Ну ясно, ясно. А мне вот скучно, думаю, мож машину поменять или на Мальдивы сгонять...
Удивленно распахиваю глаза. Машину? На какие вши? У Ярика денег квартиру снимать не было, а тут Мальдивы!
Света ловит мой взгляд и сразу понимает без слов мое любопытство.
— Дела в гору, что ли, пошли? — спрашивает она.
— Да они вниз и не скатывались, — хвастливо заявляет бывший.
— Ну, я рада за тебя, но не от чистого сердца, — отвечает Света.
Снова молчание.
Оно затягивается.
Потом Ярик протяжно зевает.
— А у подруги твоей как жизнь? — лениво спрашивает он.
— Ой, у Вари все в шоколаде! Знаешь, когда вы расстались, Варя наконец вздохнула свободно. Расцвела! Парни теперь проходу не дают!
Я просто стою и тупо жду, что будет дальше.
Света всегда недолюбливала Ярика, но сейчас откровенно приукрашивает в отместку.
— Откуда такой спрос на Варьку? Я-то с ней встречался, можно сказать, из жалости. Ха-ха! По любви! А тут проходу не дают? — прыскает неестественным смехом бывший.
Внутри что-то сжимается. Из жалости. Конечно.
— Так ты глаза помой, желательно с мылом, и рот! Может, тогда и увидишь, какая Варя охуенная девчонка! Это не ты встречался с ней из жалости, а она жалела тебя! — взрывается Света.
Мне становится тепло от ее слов. Приятно, что подруга так за меня вступается.
— Ты балаболь, но не завирайся! Я всегда девчонок привлекал. На меня помимо Варьки знаешь сколько претендовали?..
— А щас куда делись? — перебивает Света.
Опять затяжная пауза. Смотрю на телефон в Светиных руках и чувствую, как напряжение нарастает.
— А как там вообще Варя, держится? Не слишком ноет из-за нашего расставания? Так-то я ее не окончательно бросил и, возможно, способен даже простить. Многое, конечно, от нее зависит... — выпаливает Ярик.
Я застываю.
Слова Светы о том, что у меня якобы много парней, претендующих на мое сердце, он пропустил мимо ушей.
Может, потому что Света уж слишком загнула?
У меня никогда не было много парней. Я всегда была замкнута, не ходила в ночные клубы или на вписки. Не была коммуникабельной.
Мои глаза видели только Ярика. И он прекрасно это знал.
Лицо Светы становится багровым.
Кажется, еще секунда — и из ее ушей повалит пар.
— Что ты от меня хочешь, Ярик? Чтобы я с ней поговорила насчет тебя? Сказала, что ты ее на Мальдивы приглашаешь? — спрашивает она сквозь зубы.
— Ну-у, насчет Мальдив говорить пока рано, слишком много работы, да и отпуск еще нужно заслужить, денег, знаешь ли, немало стоит... — сливается Ярик.
— А что тогда?
— Можешь поговорить с ней и сказать, что я готов дать Варе второй шанс. Она, конечно, неправа в этой ситуации, но я умею прощать.
Глава 30
Север
Складываю последние вещи в спортивную сумку.
Десять лет. Целая жизнь за этими стенами.
Марсель сидит на нижней койке, молча смотрит в пол.
Барс курит у окна, выпуская дым в узкую щель между прутьев.
Воланд перебирает самодельные четки — привычка, которую он приобрел здесь.
— Ну что, братцы, — говорю, застегивая сумку.
Марсель поднимает голову. В его глазах читается что-то, что редко увидишь в таких местах — настоящую тоску.