Ф е д я. Ты поможешь! Знаю я, как ты помогаешь. Почему Вера на хоркружок перестала ходить? Она солистка. Последние репетиции. Скоро выступление.
А л е к с е й. Ничего я не знаю. (Всем.) Сразу видно, комсорг!
Ф е д я. Ты виноват! Ты что, пиво не пьешь?
А л е к с е й. Нет.
Ф е д я. Я допью. (Пьет.) Смотри, сегодня вечером у них последняя спевка. Я сам туда зайду.
А л е к с е й. Может, я ее не увижу.
Ф е д я. Ты ее не увидишь? Забродин!
А л е к с е й. Ты давай не сворачивай: возьмешь Груздева или нет?
Ф е д я. Если б у него практики побольше…
А л е к с е й. Скажи, уважаешь ты меня или нет?
Ф е д я. Конечно, у тебя есть недостатки, я тебе прямо говорю. Но насчет работы ничего плохого не могу отметить.
А л е к с е й. Так вот, он мой друг, и я буду работать только вместе с ним.
И в а н. Леша! Может, и вправду не стоит?
А л е к с е й. Погоди! Тут в принципе дело! Уважает он меня или нет!
Ф е д я. Вот напористый человек… (Ивану, нерешительно.) Комсомолец?
И в а н. Комсомолец. (Кивает на Груню.) И она комсомолка.
Ф е д я (с улыбкой, сдаваясь). Членские взносы уплачены?
И в а н. Все уплачено.
Ф е д я (кивая на Груню). Законная?
А л е к с е й. Уж за него не тревожься. Он человек точный, не то, что я.
Ф е д я. Ну, смотри, Забродин, твоя рекомендация.
А л е к с е й. Федя, в жизни тебе этого не забуду!
И в а н. Спасибо! Я именно на сборку желал.
Ф е д я (пожимает руку Ивану). Ладно. В добрый час! Народ у нас сознательный. По комсомольской линии нагрузку тебе дадим. В общем, создадим нормальные условия. Только план давай! Есть?
И в а н. Есть!
Ф е д я (опомнился). Дочка!.. Который час?
А л е к с е й. Пять двадцать.
Ф е д я. Завтра с утра приходи, зайдем в отдел кадров… Диплом возьми, направление. С Мальяном договоримся.
А л е к с е й. Да уж, конечно…
Ф е д я. Всего! (Кричит проходящему рабочему.) Почему пружины задерживаешь? Тебе, тебе говорю! (Убегает.)
И в а н. Что это он такой нервный?
А л е к с е й. Первое число подходит. Ну, дело сделано. (Внезапно.) Ванюша! Дорогой! Люблю тебя, честное слово. Вернулся! Друг ты мне единственный, Ваня. Веришь? И никто промеж нас с тобой никогда не встанет. Никто. Никогда. Помнишь, как мы клятву давали, когда на плесе играли? Самое, самое, самое крепкое чапаевское…
И в а н (подхватывая). …чтоб мне языком землю лизать!
Оба расхохотались.
Четыре года назад кто мы с тобой были?
А л е к с е й (продолжает смеяться). Шпана голопузая!
И в а н. А сегодня мы кто? Рабочий класс. Ответственно, брат!
А л е к с е й (задушевно). Тебе, Ваня, нужно сразу положение завоевать на заводе.
И в а н. Положение? Нет, понимаешь… Что положение? Я тебе скажу. (Таинственно.) Мне товарищи нужны, Леша.
А л е к с е й (подыгрывая). Опять собираешься на луну лететь?
И в а н. Шутишь! Я ведь жить сюда пришел. А жить — это же не значит деньги зарабатывать или… Ты-то понимаешь! Ты все понимаешь. Жить — это что же? Это значит помогать друг другу…
А л е к с е й (хохочет, обнимает Ивана). Ванька! Люблю тебя, фантазера! Путаник ты! Я тебе скажу: начнешь работать — поймешь, зачем жить стоит! Так научиться работать, чтоб взял посторонний человек в руки мои часы, залюбовался и сказал: «Забродина работа!» Как смотрят на картину художника знаменитого… этого… ну… (Груне.) Вот она, верно, знает!.. А?
Г р у н я. Тоже в музей хочется?
А л е к с е й (разозлился). Подкусывает… Да, в музей! Питер-голландец часы сделал — в музее стоят. Двести лет точно идут! Вот зачем жизнь прожить! Плохо? Да, гвоздь бригады! Видел, как Федя мной дорожит? Опытные часы собирают — в министерство на испытание послать, — кого на сборку сажают? Забродина! Уважение! Зачем, думаешь, это мне? Правильно, не для денег. Для свободы! Чтоб никто указывать не мог! Зато работаю, как хочу, пробую, что желаю. Только так мастером стану. (Груне.) И в музей попаду!.. К этому стремись, Ваня!
И в а н. В одиночку. Как двести лет назад. Что ты один, без коллектива сможешь?
А л е к с е й. Коллектив! Брось! Политграмота…
И в а н. Нет, нет, нет, Леша!..
А л е к с е й. Ладно, не спорь, я этого не люблю! (Интимно.) Почему она такая… неразговорчивая? Давно с ней знаком?