Виконт несколько мгновений смотрел на слугу, словно не узнавал, после чего провел рукой по взъерошенным волосам и коротко распорядился:
– Пошлите за Стоуком. Скажите ему, что я желаю видеть его немедленно!
Прибывшего мистера Стоука осунувшееся лицо патрона и его загнанный взгляд потрясли до глубины души. Он в молчании выслушал откровенную исповедь виконта и не моргнув глазом принял к исполнению распоряжение любыми способами установить местонахождение леди Шерингем. Стоук задал виконту один или два наводящих вопроса, постарался скрыть, что считает ситуацию безнадежной, и отбыл, пообещав приложить все усилия для розыска ее светлости.
Виконт все еще ждал, что его поверенный в делах оправдает свое существование, когда в Лондон прибыла вдова и потребовала, чтобы сын навестил ее в гостинице «Гриллон», где она изволила остановиться. Он, застав ее в обществе мисс Милбурн, узнал: вследствие необычайно сырой зимы все ревматические хвори матушки обострились настолько, что ее не спасет ничего, кроме поездки в Бат. Ее светлость заявила: мисс Милбурн тоже недомогает вот уже несколько недель. Поэтому ей в голову пришла идея пригласить славную девушку съездить вместе с ней в Бат и посмотреть, не помогут ли ей во́ды; она предлагала Белле занять место мистера Паулетта, который сейчас занимался подготовкой Доувер-Хаус к великому переселению. Вдова пожелала, чтобы виконт, исполнив сыновний долг, сопроводил их в полном опасностей путешествии.
Но Шерри отказался с истинно не сыновней решительностью. Он сообщил матери, что ничто не заставит его покинуть Лондон, а если матушка считает, будто ей грозит опасность угодить в руки грабителей, то пара верховых для сопровождения принесет ей куда больше пользы, нежели его присутствие. Вдова ответила сыну бледной улыбкой, величественно восстав из кресла и заявив: быть может, Кто-Нибудь-Еще вынудит его передумать, после чего выплыла из комнаты, оставив Шерри наедине с мисс Милбурн.
Виконт несколько мгновений смотрел на закрывшуюся дверь, а потом перевел взгляд на Красавицу. Его лицо выражало недоверие, боровшееся с гневом.
– Какого дьявола? – грозным тоном спросил виконт.
Мисс Милбурн поднялась на ноги, взяла его за руку и с чувством произнесла:
– Бедный мой Шерри, ты ужасно выглядишь! От Геро не было никаких вестей?
Он, покачав головой, ответил:
– Никаких. Я поручил своему поверенному в делах заняться ее поисками. Сказал ему, что при необходимости он может обратиться к сыщикам уголовного суда, хотя, Господь свидетель, я не хочу огласки… Но что еще мне остается? А потом является моя мать и требует, чтобы я сопроводил ее в Бат! Нет, какая наглость! И позволь мне сообщить тебе, Белла: если ее светлость рассчитывает, что ты сможешь уговорить меня сопровождать вас, то столь крупно она не ошибалась еще никогда в жизни!
Мисс Милбурн улыбнулась.
– Я знаю! – сказала она. – Я никогда не представляла для тебя интереса, Шерри. Полагаю, это всегда была Геро, хотя, ты, наверное, и сам того не понимал, пока не потерял ее.
Он застыл, глядя на Беллу сверху вниз.
– Ты говорила нечто подобное, – произнес после паузы, – в тот день, когда я сделал тебе предложение, а я ответил, что Северн так никогда и не осмелится признаться тебе в любви. Мы с тобой оба несчастны, не так ли?
Она отняла руку и, покраснев, сказала:
– Шерри, мы с тобой дружим с самого детства, и мне очень неприятно, если ты думаешь, будто я ношу траур по Северну. О, не стану отрицать, мне льстило, что он сделал меня объектом своих воздыханий! И конечно, мысль о том, чтобы стать герцогиней, тоже пришлась мне по вкусу, пусть и совсем немного! Но когда я представила себе, каково это – быть замужем за ним и провести с ним всю жизнь… О, я просто не смогла!
– Ты хочешь сказать, что он все-таки набрался смелости сделать тебе предложение, а ты отказала ему?! – воскликнул Шерри.
Белла кивнула:
– Да, я не смогла помешать ему. Моя поездка в Северн-Тауэрз на Рождество оказалась фатальной. Но прошу тебя, Шерри, не рассказывай никому об этом! С моей стороны это было бы неподобающе, да и Северну наверняка не хотелось бы, чтобы об этом стало известно.
– Еще бы! – ошеломленно пробормотал виконт.
Мисс Милбурн попыталась улыбнуться, заметив: