Мистер Рингвуд уставился на него с раскрытым ртом.
– Так вот оно в чем все дело! – пролепетал он.
– Ну разумеется! А потом, не успев въехать в город, я увидел Котенка и Джорджа, шествующих под ручку, и если бы тогда догнал их, то убил бы его на месте! С тех пор я только и пытаюсь, что перемолвиться с Котенком парой слов наедине, но она не принимает меня на Кэмден-Плейс, а когда мы встречаемся на людях, ведет себя с холодной вежливостью, будто мы не знакомы!
– Клянусь честью, Шерри, такого идиота, как ты, еще поискать! – воскликнул мистер Рингвуд. – Откуда Котенку было знать, что ты приехал сюда, чтобы найти ее? Можешь не сомневаться, она полагает, ты прикатил только ради цели быть рядом с мисс Милбурн и никак не рассчитывал встретить здесь свою жену! Неудивительно, что она не хочет разговаривать с тобой!
– Но неужели она думает… неужели она полагает… – растерянно пробормотал Шерри.
– Она! – уничтожающим тоном сказал мистер Рингвуд. – Сдается мне, это ты у нас разучился думать. Ну ты даешь! Как хорошо, что я приехал вовремя, иначе ты окончательно все испортил бы! Но я совсем не уверен, что все еще можно исправить.
– Что ты имеешь в виду? – быстро спросил Шерри, встревоженно глядя на друга.
Мистер Рингвуд выдержал его взгляд.
– Я же говорил, что буду откровенен с тобой, старина, не так ли? В общем, бабка сказала мне: в последнее время за Котенком ухлестывает один господин.
– Вот оно что! – мрачно пробормотал Шерри.
– Пожилая леди не думает, будто у них что-то серьезное, однако она намекнула мне, что тебе неплохо бы поспешить и вмешаться, пока не стало слишком поздно. Собственно говоря, когда ты вызвался сопровождать свою мать, я уже собирался написать Котенку письмо с просьбой разрешить мне рассказать тебе правду. Судя по тому, что мне известно, он – неплохой малый, обладатель небольшого славного поместья, жизнерадостный и веселый, и все такое прочее. Он влюбился в Котенка по уши и готов ради нее на все.
Шерри уже собирался осчастливить друга собственным мнением о мистере Тарлетоне, однако присущая ему честность не позволила оспаривать очевидное.
– Да, черт бы его подрал! – с горечью признал виконт. – Полагаю, он действительно вполне приятный тип. Пожалуй, он куда более нежен и добр с Котенком, чем я.
Мистер Рингвуд поднялся со стула.
– Поеду-ка лучше на Кэмден-Плейс и повидаюсь с Котенком, – сказал он. – Попробую распутать этот проклятый узел, который ты завязал!
Шерри схватил его за руку.
– Джил, лучшего друга, чем ты, и пожелать нельзя! – провозгласил он. – Ты ведь скажешь ей, что я приехал сюда только ради того, чтобы найти ее, не так ли? Скажи ей, что после ее ухода, я сто раз собирался вышибить себе мозги! Попроси ее всего лишь увидеться со мной! Скажи ей…
– Не нервничай ты так! Я скажу ей все! – пообещал мистер Рингвуд.
Но когда он прибыл на Кэмден-Плейс, Геро свалилась с ног от треволнений и забылась тревожным сном, а леди Солташ наотрез отказалась будить ее. Посему мистеру Рингвуду пришлось передать порученное ему послание своей бабке, что, по ее словам, тоже было очень неплохо. Когда же он рассказал ей все, она, кивнув, заметила: именно такого дурацкого поведения и ожидала от Шерингема.
– Он заслуживает того, чтобы помучить его неизвестностью, и я бы сама так и поступила, будь на то моя воля, – строго провозгласила пожилая дама. – Однако пришло время уладить эту безумную ситуацию, поскольку, если только я не ошибаюсь, мой друг, мистер Тарлетон, окончательно потерял голову. – На мгновение она задумалась, барабаня пальцами по столу. – Можешь передать Шерингему от меня, что если он пожалует к нам на ужин сегодня вечером, то не застанет меня дома. Я приглашена к друзьям на Лаура-Плейс, а этот прием не из тех, что способны доставить удовольствие его жене. Пусть приходит ровно в семь часов. Я не дам ребенку встать с постели до самого вечера, потому что не желаю, чтобы она явила Шерингему заплаканное личико!
– Однако согласится ли она принять его, мадам? Вы уверены в этом? – с тревогой поинтересовался мистер Рингвуд.
Пожилая леди, сухо рассмеявшись, ответила: