Другими словами, он предложил назначить Помпея диктатором.
Все ожидали, что Катон выступит против предложения своего зятя, подобно тому как за год перед тем он выступил против предложения несчастного трибуна, едва не побив его камнями.
Но нет, произошло нечто обратное.
— Сам я никогда не внес бы предложения, которое вы только что услышали, — сказал Катон, — но, коль скоро это сделал другой, давайте последуем этому совету и испытаем Помпея. Я предпочитаю безвластию любую законную власть, какой бы она ни была.
В итоге сенат назначил Помпея единоличным консулом, а не диктатором, предоставив ему право самому выбрать себе коллегу по консулату.
Таково было положение дел у Помпея в тот момент, когда в сенате велись разговоры о назначении преемника Цезарю, а Катон угрожал отдать его под суд.
Что же касается Цицерона, то точно так же, как Помпей унаследовал от молодого Публия Красса его жену, сам он, открыто говоривший, что не в состоянии понять, как два авгура, повстречавшись, смотрят друг на друга без смеха, унаследовал от него место в совете авгуров.
Затем, поскольку при разделе провинций ему выпала по жребию Киликия с войском из двенадцати тысяч пехотинцев и двух тысяч шестисот конников, адвокат, сделавшийся императором, отплыл в свою провинцию.
Так что Цицерон находился в Киликии, имея задачей подчинить Каппадокию царю Ариобарзану и поддерживая наилучшие отношения с Помпеем, но пытаясь при этом не быть в слишком плохих отношениях с Цезарем.
Подчинив Каппадокию, он вернулся в Рим. Это произошло ровно в тот момент, когда между Цезарем и Помпеем начались раздоры.
Ему хотели присудить триумф.
Однако Цицерон чересчур боялся, что вследствие этого триумфа он наживет себе двух врагов: Цезаря и Помпея.
И потому он ответил, что для него было бы куда большим удовольствием следовать за триумфальной колесницей Цезаря, если тот примирится с Помпеем и даст удовлетворение Республике, нежели получить триумф самому.
Вот в каком состоянии были в 705 году от основания Рима дела трех влиятельнейших людей Республики, тех, с кем Цезарю, если бы он пошел на отчаянный шаг, предстояло иметь дело: Помпея, Катона и Цицерона.
XV
Цезарь оплачивает долги Куриона и подкупает Марка Антония. — Что представлял собой Марк Антоний. — Антоний, его отец. — Юлия, его мать. — Фульвия, его жена. — Причины его ненависти к Цицерону. — Он командует авангардом Габиния. — Он противится казням, задуманным Птолемеем. — Антоний назначен народным трибуном и введен в совет авгуров. — Цезарь ссужает двадцать пять миллионов сестерциев Эмилию Павлу, чьи консульские полномочия истекают. — Звучат требования назначить Цезаря консулом. — Популярность Цезаря. — Борьба Куриона и Марцелла. — Переговоры между Цезарем и Помпеем. — Бегство Антония, Куриона и Квинта Кассия.
Что же тем временем делал Цезарь?
Подобно атлету, он умащался маслом перед боем.
Но, умащая себя маслом, он умащал золотом других.
За девять лет он переслал в Рим огромные суммы.
Он наградил деньгами и отправил в отпуск более двадцати тысяч своих солдат.
Он отослал Помпею два легиона, которые тот потребовал у него, и дал каждому солдату по сто пятьдесят драхм.
Кроме того, он оплатил долги народного трибуна Куриона, составлявшие от пятидесяти до шестидесяти миллионов сестерциев.
А поскольку Марк Антоний взял на себя ответственность за долги своего друга Куриона и Цезарь, оплатив долги Куриона, освободил Марка Антония от его поручительства, он одним ударом убил двух зайцев, сумев привлечь на свою сторону одновременно и Куриона, и Марка Антония.
Но Цезарь хотел сделать для Марка Антония нечто большее, чем всего лишь освободить его от долгов Куриона.
Через их общего друга он передал Марку Антонию, что, зная, насколько тот стеснен в средствах, предлагает ему свои услуги.
Марк Антоний ответил, что охотно взял бы у него взаймы несколько миллионов сестерциев.
Всякий раз, когда мое перо выводит какое-нибудь новое имя, которое снискало или вскоре снищет громкую известность, я вынужден сделать остановку, чтобы рассказать — но не моим современникам, а потомству, — что представлял собой человек, носивший это имя.
Именно так и случится с только что упомянутым мною Марком Антонием.
Одни говорят, что Марк Антоний родился в 669 году от основания Рима, другие утверждают, что это произошло в 672 году; стало быть, в то время, к которому мы подошли, то есть в 705 году от основания Рима, Антонию было от тридцати до тридцати двух лет.