Я кивнул. Стал просматривать его писанину. Заинтересовала тема: «Организация системы мобильных технологических станций отделочных работ». В стране началось массовое жилищное строительство (промышленное возведение жилых зданий — так незаслуженно обозванных нашим народом «хрущобками»; в рабочей Британии, где они возникли и распространились, считались эти пятиэтажки Даром Господним! Выполнены то и эксплуатировались домики были по Английски и в Англии!). И «станции» моего соседа, несомненно, как раз и составляли сердцевину системы этих воистину гигантских работ (по стране — отделки стен, помещений и кровли более восьмисот тысяч одних только таких вот пятиэтажек!). Внимательно, с интересом, просмотрел работу. Прежде всего, убедившись — написана она великолепно! Да ещё и забытым настоящим языком, узнал который по своим давним архивным поискам. Хорошим русским слогом написана; предсказанной им языковой путаницы не заметив… Того мало, понял с долею зависти и… осторожности: парня этого не мне править…
Окончил. Передал ему тетради. Вышел. Когда вернулся и сел за свой столик, сосед справа тоже, — только предельно и неназойливо вежливо, — попросил меня посмотреть и его реферат. Тема — оригинальная организация технологических потоков на заводах ЖБИ Москвы. Написана грамотно. Читателю мастерски даётся учувствовать — автор глубоко, — как САМОМУ АВТОРУ и полагается, — в курсе темы. Но тема интереса для меня, — помню, — тогда не представляла. Хотя в специальной литературе шума вокруг неё хватало… Я внимательно просмотрел и эту работу. Что–то сказал автору. Возможно, некую приличествующую моменту любезность… Не заметив особого интереса ко мне моих соседей я, — после того как формальности экзамена завершились, — попрощавшись, оставил аудиторию. В коридорчике просмотрел мельком на стенде объявлений Аспирантуры вывешенные биографии абитуриентов. Увидел там, что Фомин–то — хо–хо! — аж начальник самого АРХСТРОЙКОНТРОЛЯ Мосгорисполкома! Не понял, кто Косюшко. И смылся…
Прошло чуть более двух месяцев.
…С Ниной Оттовной мы шли от Метро к Вахтанговскому театру по Арбату. Обогнули справа вход в кондитерскую ПРАГИ. Сразу за ним игривым клаксоном нас остановила пришвартовавшаяся лихо к тротуару длинная чёрная машина. Вкусно клацнула дверца: — Вениамин Залманович! Здравствуйте! — К нам подошел… Геннадий Нилович Фомин — второй, правый, сосед мой по столикам на экзаменах в Аспирантуру… Тот, в шоколадной в полосочку тройке… Смял удовольствие перед спектаклем часовой вечерней прогулки по следам Маргариты и Мастера. Познакомился торжественно с супругой моей. Попросил поздравить (или пожалеть) с выпавшей на долю его и новоприобретённой синекурой Председателя новосозданного комитета ГОСГРАЖДАНСТРОЙ. Предложил подскочить домой к нему, где нас ожидает его супруга (телефонно предупреждённая им, когда он только увидел нас у Арбатского метро). И оттуда, вместе, отправиться часам к девяти сюда, в ПРАГУ. Где с друзьями — пусть пока с их друзьями — отметить… всё же, какое никакое СОБЫТИЕ… нового его назначения… Кто дома у Вас? Дети?… А есть с кем оставить?… У нас надёжная, замечательная домохозяйка — подкинут её моментально! Идёт?… А к Вахтангову, обещаю, мы ещё попадём… Не упомню дальнейшего нашего промежсобоя… Замечательная домохозяйка Фоминых прибыла на Локомотивный к подготовленным нами по телефону из машины Саше и Фаичке вовремя. И мы часа три провели в милейшей компании…
Так Геннадий Нилыч (и супруга его) удостоил нас внезапным началом многолетней верной и нежнейшей дружбы, до кончины его продолжившейся в Израиле.
Примерно, в те же дни в длиннейшем коридоре института, — наконец воедино собранного в построенном для Академии Строительства и Архитектуры (благополучно к этому времени отдавшего концы) огромном комплексе зданий по Дмитровскому шоссе 9, — столкнулся я лоб в лоб с летящем на всех парах навстречу Михаилом Михайловичем Косюшкою. Первым соседом, слева, что экзаменовался со мною в парадно–спортивном одеянии. Не поздоровавшись с той поры, — будто утром расстались, — он, остановившись, извлёк из портфеля кипу бумаг. Вытянул из неё несколько свежеопубликованных СТРОЙИЗДАТОМ, остро пахнущих типографской краской, журналов ПРОМЫШЛЕННОЕ СТРОИТЕЛЬСТВО и СТРОИТЕЛЬНАЯ ПРОМЫШЛЕННОСТЬ с моими статьями. Буркнул осуждающе: — Когда успели? Втихаря всё! Меня не предупредив! А я как фраер жду материала в БЮЛЛЕТЕНЕ!… Никуда не годится!