Там играли трое молодых ребят в красивых концертных костюмах с бабочками. Они играли так виртуозно и так вдохновенно, что вокруг собралась целая толпа слушателей. На какие-то бесценные минуты бытия люди забывали, что им надо куда-то спешить сломя голову, нестись молекулой в броуновском движении московского метрополитена и выскакивать в какой-то заданной точке верхнего пространства. Они стояли и слушали. И Настя стояла вместе с ними и слушала. Мимолётно пролетающая суетность человеческой жизни. И вечная музыка грандиозного классика. Они так причудливо переплелись под сводами метро благодаря пронзительно-яркому таланту молодых музыкантов.
Трио состояло из скрипача, виолончелиста и барабанщика. Тон задавал скрипач. Он был настолько живой, подвижный, одержимый музыкой, что невольно приковывал к себе внимание. Он заговорщицки поглядывал на зрителей, вовлекая их в своё творчество и одновременно общался на своём музыкальном языке скрипки с виолончелью и барабанами. Мелодия закончилась, зрители захлопали.
Вдруг скрипач выхватил глазами из толпы Настю. Он шепнул что-то виолончелисту, подмигнул барабанщику, и в пространство метрополитена понеслась динамичная убыстряющаяся мелодия, наполняя своей живительной молодой энергией всё на своём пути.
«Господи, что-то знакомое», - подумала девушка, но никак не могла определить, что это за мелодия из-за хитрой и виртуозной аранжировки. Ответ манил и ускользал. И не давал покоя. Наконец, Настю осенило. Да ведь это же Виктор Цой! «Мы ждём перемен». Вот это да! Это надо же так аранжировать! Как здорово!
Зрители хлопали, кидали в футляр скрипки денежки. Настя тоже захотела что-нибудь дать в награду талантливым парням. Она порылась в кошельке и нашла какую-то купюру. Подошла и бережно положила в футляр.
- У тебя всё будет просто замечательно, поверь мне! – вдруг серьёзно сказал ей скрипач.
Настя внимательно на него посмотрела.
- Спасибо. Я тебе верю, - неожиданно для себя произнесла она. И это были первые её слова за месяц безмолвия.
ВОТ ТАК НОВОСТЬ
2017 год, август
Москва
То ли переживания последних месяцев, то ли в целом немолодые уже годы (всё-таки к юбилею дело идёт) дали о себе знать. Вера ощущала общий дискомфорт организма. У неё стала часто кружиться голова, пропал аппетит, её стало тошнить. Ей не хотелось тревожить Игоря, но тот и сам заметил, что с женой происходит что-то неладное.
- Так, завтра срочно везу тебя в клинику, - тоном, не терпящим возражений, заявил он. – С утра сдашь все анализы, после обеда – к врачу.
Вера не стала перечить. Она и сама понимала, что здоровье нужно восстанавливать.
Пока жена находилась в кабинете врача, Игорь не мог найти себе места. Любая неизвестность выбивает из колеи и рисует в голове картины одну страшнее другой. Лучше уж самому болеть, чем знать, что твой близкий родной человек болен, и ты ничем не можешь помочь.
Наконец, Вера вышла из кабинета. Сказать, что на ней лица не было – это ничего не сказать. Она ошарашено и непонимающе посмотрела огромными глазами на Игоря и плюхнулась, не разбирая, на стоящий у кабинета стул. У Игоря от внутреннего напряжения задрожали руки. Он тихо опустился на соседний стул.
- Что? – только и смог выдавить он.
- Игорь, мне сказали, что я беременна, - супруга непонимающе глянула на благоверного. – Я ничего не понимаю.
Дело было в том, что после рождения Насти Вера больше никак не могла забеременеть в силу перенесённых женских заболеваний. Она долго лечилась от бесплодия, ездила с молитвами по монастырям. Но всё было бесполезно, Бог не дал им больше деток. Они с Игорем сильно переживали по этому поводу, но в конце концов смирились. И тут такая новость.
- Игорь, мне так страшно. А вдруг они пошутили?