- Не, ну мне, конечно, хочется в Вильнюс, - не отрицаю я. – Но это на билеты почти шестьдесят, а ещё жить там три дня. И где ночевать? В гостинице нереально на праздники устроиться.
- Да там все на квартирах живут, - тут же в аэропорту можно вариант найти.
- Ага, меня одну хотите бросить! – возмущается Инга. – Не выйдет! Вера останется во Львове.
- Чего это ты за меня решаешь? Я, может, ещё подумаю. В кои-то веки выпала возможность посетить этот идеальный город старинных трубочистов.
- Пожалеешь! – злобно шипит Инга. – Русских они там терпеть не могут, тебе придётся молчать и притворяться немой. Ритке-то хорошо, она по-украински размовляет, для них – свой соратник по борьбе с клятыми москалями. А ты – национальный враг.
Это было правдой. Ритка была с Сумской области и по-украински говорила так же хорошо, как и по-русски. А мы с Ингой были те самые «клятые москали», с которыми все боролись. Понимали язык прекрасно, спокойно читали украинскую литературу без перевода, а вот разговаривать правильно не могли ни я, ни она. Украинские подруги любили подшучивать над нами в институте и просили сказать что-нибудь по-украински, а затем угорали со смеху с наших акцентов. Я ещё хоть как-то приближалась к оригиналу: у меня бабушка была корнями из бывших украинских казаков, поселявшихся в порубежной Руси. А Инга – та вообще без вариантов, ленинградско-сибирская родословная.
- Пожалеешь потом, что не полетела со мной, - угрожает Ритка. Я вздыхаю.
- Конечно, пожалею, но что поделаешь. Ты там с Сашкой своим будешь, тебе не до меня, а мне одной по Вильнюсу скучно гулять. К тому же я решила свитер с люриксом купить, классный, из ангорки – ребята приносили. Он как раз шестьдесят стоит.
- Эх, ты, продажная шкура, - вздыхает Ритка. – На тряпки подругу поменяла.
- А я что, не подруга что ли? – возмущается Инга.
- Да ты вообще молчи, - отрезает Ритка. – У тебя сейчас такие шуры-муры начнутся – тебе уж точно не до Веры будет.
Мы с Риткой ржём, как молодые кобылицы.
- Вот две дуры! – дуется на нас Инга. – Что вы себе придумали?
Да что было придумывать? Всё и так было ясно. Пропала наша Инга, вот и все дела. Почти четыре года Ингу знаю – и чтобы с ней такое случилось! Никогда бы не подумала. Кремень-девка, парней строила, как хотела, все у неё под каблуком ходили. А тут растаяла. Тоже мне, Снегурочка.
Произошло всё в самый первый день нашего приезда во Львов. Тот ещё денёк выдался!
Поезд из Харькова во Львов один, приходит вечером. Мы оставили вещи на вокзале и с направлением от института стали искать библиотеку Стефаника. Нашли в центре города. В библиотеке, как водится, нас никто не ждал, директор страшно удивилась и озадачилась: куда нас девать? А наш декан уверял, что всё договорено, что жить мы будем в общежитии полиграфического института имени Фёдорова, поскольку их студенты недавно жили в нашем общежитии, и нас тут ждут с распростёртыми объятьями с ответным визитом. В библиотеке недоверчиво выслушали эту байку об институтском братстве между городами, но выделили нам в сопровождение Аллу – проводить до общежития. А провожать было куда, у нас это называется – к чёрту на кулички.
Требовалось добраться до трамвайной остановки, да не до любой, а особо отдалённой. Поскольку нам нужен был единственный трамвай – под номером тринадцать. Это сразу как-то насторожило. Трамвайчики во Львове симпатичные, узкоколейные, в Харькове не такие. Это притупило нашу бдительность. Пока долго тряслись в милом трамвайчике, страшно проголодались и захотели пить – мы и в поезде путём не поели, и приехали – не перекусили, сразу за поиски библиотеки принялись, а то рабочий день заканчивался, и директор могла уйти. В горле пересохло, но мы надеялись, что скоро доберёмся и терпели.
Вышли на остановке, которую нам подсказали в народе. Пустошь. И только вдалеке, за несколько километров, как три тополя на Плющихе, возвышаются три девятиэтажки на пригорке, а за ними – дремучий лес. Как потом узнали – буково-грабовый, я такие деревья раньше не встречала. Вообще-то лес был очень красивым, но это мы выяснили значительно позже. А пока мучил один вопрос: куда мы попали?
- Не подскажете, как к общежитию полиграфического института пройти? – спросила Алла у вышедшего вместе с нами парня.
- Да я туда иду.