— Здесь, — отвечают они. — На Холме.
Фотографии охватывают промежуток времени в несколько лет. Дедушка стареет, когда я прокручиваю их. Он занимался этим очень, очень долгое время.
— И Общество только сейчас обнаружило эти фотографии? — интересуюсь я.
— Обществу ничего не известно, — говорит женщина. — Мы бы хотели оставить все как есть, чтобы он отпраздновал свой Банкет и сохранил образцы тканей. Нам нужна твоя помощь, в противном случае мы выдадим его Обществу.
Я трясу головой. — Я не верю вам. Эти фотографии могли быть изменены. Вы могли их подделать. — Но мое сердце бьется быстрее. Я не хочу, чтобы дедушка попал в неприятности. И мысль о его образце тканей — единственная вещь, которая делает предстоящий Банкет более-менее переносимым.
— Спроси своего дедушку, — говорит мужчина. — Он скажет тебе правду. Но у тебя не так много времени. Сортировка, в которой нужна твоя помощь, состоится сегодня.
— Вы выбрали не того человека. Я еще обучаюсь. Я еще даже не получила окончательное назначение на работу.
Я должна их проигнорировать или донести на них Обществу. Но они выбили меня из колеи. Что, если они предоставят свою историю — правда это или нет — Обществу? Тогда безумная надежда наполняет мое сердце: если они сделают это, отложит ли Общество Банкет дедушки, пока будут заниматься расследованием? И мы ухватим для нас еще немного времени? Но потом я понимаю, что этого не случится. Общество проведет Банкет и возьмет образцы, как запланировано, а затем, если будет достаточно доказательств, они могут вынести решение уничтожить их.
— Нам нужна твоя помощь, чтобы добавить данные к сортировке, — говорит мужчина.
— Это невозможно, — отвечаю я. — Я обычно сортирую только существующие данные и не вношу ничего нового.
— Тебе не нужно будет ничего вносить. Все, что от тебя требуется, это прибегнуть к дополнительному набору данных и перенести оттуда некоторые данные.
— Это также невозможно. У меня нет соответствующих паролей. Я могу задавать только видимую на экране информацию.
— У нас есть код, который позволит тебе сделать любую выборку. Ты сможешь подключиться к главному компьютеру Общества, когда будешь сортировать информацию.
Я стою, слушая, чего они хотят от меня. Когда они заканчивают, я чувствую себя странно и запутанно, как будто ветер, в конце концов, поднял меня и заставил кружиться. Это действительно происходит? Сделаю ли я то, о чем они меня просят?
— Почему вы выбрали меня? — спрашиваю я.
— Ты подходишь по всем параметрам, сегодня у тебя состоится сортировка.
— К тому же, ты одна из самых быстрых, — добавляет женщина. — И самых лучших. — Затем она говорит что-то еще, что звучит как: И ты забудешь.
***
После того, как они заканчивают объяснять, что от меня требуется сделать, у меня остается совсем немного свободного времени. Но я все равно схожу на остановке рядом с квартирой дедушки. Мне нужно поговорить с ним перед тем, как определить направление своих действий. И люди из Питомника были правы: дедушка расскажет мне правду.
Он прогуливается в сквере, и когда видит меня, на его лице проскальзывают удивление и радость. Я улыбаюсь ему, но перехожу сразу к делу. — Мне нужно идти на работу, — говорю я. — Но есть кое-что, о чем мне нужно узнать.
— Конечно, что случилось? — Его взгляд становится пронзительным.
— Ты когда-нибудь, — спрашиваю я, — брал что-то, что тебе не принадлежит?
Он не отвечает. Я вижу вспышку удивления в его глазах. Не могу сказать, удивлен ли он вопросом или тем, что мне известно. Потом он кивает.
— У Общества? — шепчу я так тихо, что едва слышу саму себя.
Но дедушка понимает. Он читает по губам. — Да, — говорит он.
Глядя на него, я знаю: ему есть, что рассказать мне. Но я не хочу этого слышать. Я услышала достаточно. Если он признал даже это, тогда то, что они говорят, может быть правдой. Его образец ткани может быть в опасности.
— Я зайду попозже, — обещаю я, разворачиваюсь и бегу по тропинке, под деревьями, усыпанными красными почками.
***
Работа сегодня другая. Норы, моей наставницы, нигде не видно. И я не узнаю многих людей в сортировочном центре.
Чиновник берет на себя руководство залом, как только мы рассаживаемся по своим местам. — Сегодня будет немного другая сортировка, — объявляет он. — Экспоненциальный попарный отбор, включающий личностные данные из подгрупп Общества.