- Эта Душа пришла в загробный мир,
Преодолела канал неба и земли,
Прошла со стражами,
Ее пропустили белые бегемоты,
Ее пропустило дерево огня,
И она прошла невредимой
И готова следовать по выбранному вами пути.
Мы стояли втроем и ждали, что что-нибудь случится. Ничего не произошло, и Ахмос добавил:
- Она благородна и любима,
Выслушайте ее.
Комната содрогнулась. Когда дрожь утихла, из проемов влетела буря песка и создала ураган с человеческий рост. Песок затвердел, принимая знакомую форму.
Я подняла руку и помахала Анубису, а он приблизился, сердитый взгляд сменился улыбкой.
- Ты смогла, - сказал он.
- Не вашими стараниями. Ваши указания были размытыми.
- Я рассказал все, что мог. Ты пришла через Гелиополис? – спросил он.
Я кивнула.
- А как попала туда?
- Небу. И он просил передать послание.
Анубис шагнул ближе.
- Я же узнаю, о чем он просил.
- И? Вы скажете ей? – не сдавалась я.
Он вздохнул.
- Она уже знает.
Астен выступил вперед и положил на мою руку в защите ладонь.
Анубис помрачнел. Но тут появилось еще три урагана, и Анубис отступил, замерев у каменной стены.
Они появились на тронах. Нервно вдохнув, я вздернула плечи и посмотрела на трех богов перед собой. Двое были женщинами, еще один – мужчиной. Кожа мужчины была зеленоватой. Он был красивым, с темными волосами и пронзительным взглядом. Я вспомнила рассказ Амона о Сетхе и Исиде. Мужчина, сидевший передо мной, мог быть мужем крылатой богини, Осирисом.
Я не знала, кем были женщины. У одной была гладкая темная кожа и блестящие губы. Ее волосы были заплетены и закреплены на макушке красивым гребнем, она сидела величественно, с прямой спиной. Она напоминала строгую учительницу, хоть и красивую. Ее глаза оценивали меня, и мне показалось, что она была главной. Хотя Анубис и тот, в ком я подозревала Осириса, были такими же впечатляющими, как Гор и Амун-Ра.
В другой женщине все было мягким, и вела она себя тепло. Ее длинные светлые волосы ниспадали до талии, на ней были простые украшения – серебряный браслет, тонкий пояс из драгоценных металлов и тонкая цепочка на лбу и поверх ниспадающих волос. Она была в серебряных сандалиях, платье складками спадало на пол. Она ободряюще улыбнулась мне, и в ней было любопытство, когда я посмотрела в ее сторону.
Из ниоткуда появилась группа шабти в углу, они заиграли тихую музыку. Я узнала флейту, арфу, систрум, золотой инструмент, похожий на золотую ракетку для бадминтона, но вместо сетки там были диски, что двигались, когда им трясли. Я знала об этом инструменте только потому, что доктор Хассан недавно выкопал такой и подробно описывал в письме.
«Может, боги призвали музыкантов, чтобы успокоить мертвых, пока у них вырывают сердца для суда», - подумала я.
«Это приятно», - отметила Тиа.
«Не в том дело», - сказала я
«А в чем?».
«В вырывании сердец».
Другие слуги стояли рядом с богами, помахивая веерами из перьев страуса, держа тарелки с виноградом и кубками, блестящими от капель воды. Никто из шабти не смотрел на меня. Они старательно избегали взглядами место суда.
Первой заговорила красавица со строгим видом.
- Какое твое состояние? – спросила она.
- Состояние? Не понимаю.
- Прошу, ответь на вопрос. Какое твое состояние?
- Эм, жива, видимо?
- Ничего не выйдет. Она не готова, - возмутилась вспыльчивая женщина. – Уберите ее с глаз долой.
Ахмос и Астен тут же возразили, и вспышка силы слетела с кончиков пальцев женщины и заморозила их. Анубис шагнул ко мне, но один взгляд той женщины заставил его передумать, он вернулся, кривясь, на место.
Женщина с добрым видом заломила руки и сказала:
- Может, передумаешь? – но первая женщина посмотрела на нее, пока та не отвернулась. Наконец, та, что спрашивала меня, сделала шаг, подняла руку и сказала:
- Она будет изгнана и сослана туда, откуда пришла, чтобы вернуться, когда она сбросит оковы смертности.
Она махнула рукой, чтобы уйти, но тут с трона поднялся мужчина.
- Нет, Маат, - сказал он. – Не будет.
17
Весы Правосудия
- Осирис? – богиня Маат развернулась, ее рот превратился в удивленную О.
- Прошу прощения, - сказал Осирис. – Я не хотел оскорбить. Но ты знаешь, как и я, что она нужна нам.