И тут снова заговорил голос. Я застыла на вершине стены и посмотрела вниз. Минотавр свернул хлыст и застыл, опустив голову. Растерявшись, я искала источник голоса. Я думала, что говорил он. Но тут я увидела ее.
Ее было сложно заметить. Ее окружало темное облако, не давая ее видеть, пока она того не хотела. Облако двигалось с визгом крылатых существ, хлопающих кожистыми крыльями, но я видела кусочками ту, что была в центре зловещей стаи.
Медленно эта масса приблизилась к минотавру, и длинная красивая рука потянулась к бледному монстру. Ее ногти были черными, а кожа – зеленовато-серой. Крылья задели его тело, но он не дрогнул, несколько существ впились в его тело, пустили кровь, что яркой струйкой текла по его пепельной руке.
Ее рука медленно обвела бицепс минотавра, существо радостно улыбнулось. Даже издалека я видела, что ему нравится ее прикосновение.
- Чувствуешь ее, божок? – спросила женщина у Амона, длинная нога показалась из крылатой тучи. – Она очень близко. Может, если вы… встретитесь, - дразнила она, - я скую вас цепями, и ты увидишь, как я буду высасывать ее жизнь.
Ее голос был знакомым. Я где-то ее уже слышала, но сейчас не могла вспомнить. Красно-черные летучие мыши летали вокруг нее, садились на ее спину и плечи, становясь живой мантией. Летучие мыши поменьше, с серебряными крыльями, украшали ее голову, становясь сверкающей короной. Она пугала, и ее слуги, сидящие на плечах, подняли заостренные крылья, образовав заостренные эполеты, защищавшие ее уязвимое горло. Мои руки покалывало от желания вонзить свои копья в ее живую броню.
Она была красивой, длинные волосы ниспадали с ее головы, ее фигура была весьма женственной. И выглядела она как королева преисподней. Доктор Хассан показывал мне рисунки Пожирательницы в книге по пути в Луксор, но та была похожа на чудовищного бегемота с острыми зубами.
Настоящая была похожа на женщину, что может обвести любого мужчину вокруг пальца взглядом, а потом забрать у них все, что у них было. Было очень просто представить ее жующей жертв на завтрак, выплевывающей их обглоданные кости и выбирающей еще дюжину на ланч. Она была привлекательной и хитрой, опасной и вызывающей, какой и должна была выглядеть черная вдова.
- Ах! – рассмеялась она, и этот звук был милым и пугающим. – Она принесла твое сердце. Так даже лучше. Я смогу смаковать тебя веками!
Ее глаза блестели, она облизывала вишневые губы, словно обольщали, но часть меня, которой была Тиа, знала, что это было. Она была голодной. И мы с Амоном были прекрасным блюдом для ее пира. Впервые в этом сне я подумала, что своим присутствием могу навредить Амону. А наша связь показывала, что я была здесь и не просто спала.
Пожирательница провела ладонью по плечу монстра рядом с собой и проворчала:
- Знаешь, я так давно не ела. Я так исхудала.
Женщина провела ладонями по своим изгибам в форме песочных часов, и летучие мыши на не визжали и двигались. Что-то во мне хотело действовать, поставить ее на место. Другая часть реагировала на вызов хищницы, пытающейся украсть то, что принадлежало нам. Амон был нашим, и никто не заберет его у нас.
Я встала и побежала, я была легкой, как птица, соскочила со стены и сделала сальто в воздухе, приземлилась на корточки, опустила колено и взглянула на Пожирательницу и ее огромного слугу с хлыстом. Я сознательно встала между ними и Амоном . Я была удивлена расстоянию, которое преодолела одним прыжком, но не показала этого . Я подняла голову и уставилась на женщину, что следила за мной со смесью радости и умеренного любопытства.
Она чувствовала мое присутствие, и это смущало, она смотрела на меня, и я подумывала, что ошиблась, показав себя. Когда я раньше ходила с Амоном во сне, никто из существ преисподней не замечал меня. Теперь все было иначе.
Смело выпрямившись, я вытянула опасные когти и заявила:
- А я бы сказала, что ты даже пышка.