ХАМАС удалось получить контроль над сектором Газа благодаря огромной помощи Ирана. Как это ни парадоксально, трудно поверить, что ХАМАС смог когда-нибудь создать собственное государство в Газе при жизни шейха Ясина. Ясин был категорически против любых связей или сотрудничества с Ираном, и заставил свою организацию придерживаться этого принципа.
Несомненно, убийство шейха Ясина было самым тяжелым ударом, который ХАМАС пережил за всю историю своего существования, и важнейшим фактором готовности этой организации к достижению перемирия с Израилем. Но оно же привело и к еще одному невероятному повороту в истории Ближнего Востока: благодаря устранению Ясина с политической сцены, самый опасный враг Израиля – Иран – получил последнее связующее звено в своих планах стать региональной державой.
33
Радикальный фронт
Роль лидера пришла к Башару Асаду неожиданно.
Хафез аль-Асад, который захватил власть в Сирии в 1970 году, ожидал, что его сменит его старший сын Басиль, но тот погиб в автокатастрофе. Вторым преемником Асада был его младший сын Махер, который избрал карьеру военного. Но он оказался неуравновешенным, склонным к вспышкам ярости и проявлению агрессии. Третий сын, Маджд, страдал врожденным заболеванием. Поэтому в 1994 году, сразу же после гибели Басиля, отец вызвал Башара в Дамаск из Лондона, где тот учился в аспирантуре по специальности «офтальмология».
Башара всегда считали самым слабым из сыновей Асада, немного «не от мира сего». Он был вялым и казался запуганным. Отец Башара, возможно, и видел его слабости, но его абсолютным приоритетом было сохранение семьи у власти. Хафез Асад направил Башара в армию, где тот быстро вырос до полковника, а затем назначил его командующим сирийскими войсками в Ливане для «обкатки». К концу 1990-х годов Башар был хорошо подготовлен к президентству. Хафез аль-Асад умер в июне 2000 года. В следующем месяце Башар был избран президентом.
Однако именно в тот момент наследие Асада стало весьма проблемным. Советский Союз распался еще десятилетие назад, холодная война закончилась, и Россия не имела такого влияния на Ближнем Востоке, как ранее. Геополитическая ситуация в мире менялась, и Башару аль-Асаду нужно было искать в ней место для Сирии.
Сирийская экономика находилась к тому времени в плачевном состоянии. Государственная казна была пуста, а армия, хотя и одна из самых больших в регионе, отстала от требований времени и настоятельно нуждалась в модернизации. Израиль по-прежнему удерживал Голанские высоты, захваченные у Сирии в 1967 году. Для сирийцев это была глубокая открытая рана, и национальная гордость не позволяла им забывать о ней.
В середине 2000-х у Башара Асада был выбор: присоединиться к США, последней оставшейся супердержаве, или к Ирану, растущей региональной державе. Этот выбор не представлялся трудным. За десять лет до своей смерти президент Хафез аль-Асад удивил мир, согласившись на союз с Соединенными Штатами, который создавался против другого арабского государства, – речь шла об изгнании Саддама Хусейна из Кувейта. Асад надеялся на получение чего-то в обмен – экономических выгод, исключения Сирии из списка стран, спонсирующих терроризм и наркоторговлю, и оказания давления на Израиль с тем, чтобы заставить его окончательно покинуть Голаны. Ничего из этого Асад не получил.
За три месяца до своей смерти Хафез аль-Асад встретился с президентом Биллом Клинтоном в Женеве. Это был пик американских усилий в посредничестве по достижению мирного соглашения между Сирией и Израилем. Клинтон привез Асаду послание от премьер-министра Эхуда Барака, которое содержало лучшее предложение, которое сирийский президент когда-либо получал от Израиля: почти полный вывод израильских войск с Голанских высот в обмен на один важнейший момент: «ни один сирийский солдат не будет мочить сапоги в Галилейском море (Тивериадское озеро, или Кинерет)», то есть на северо-восточном берегу озера не будет постоянного сирийского присутствия. Асад выслушал Клинтона и прекратил встречу через несколько минут после ее начала.
Для Израиля и Соединенных Штатов это явилось подтверждением нелогичной неуступчивости Асада, которую можно было приписать тяжелым желудочным расстройствам и деменции, от которых страдал сирийский президент. В глазах Асада, большого почитателя конспирологических теорий, встреча явилась еще одним доказательством того, что США являются всего лишь сателлитом Израиля, а не наоборот, и что он никогда не получит все Голанские высоты или какую-то другую существенную выгоду от связей с Соединенными Штатами.