— Бежим! — истошно завопил какой-то тощий разбойник слева. Слова свои он немедленно подтвердил делом. Вслед за ним, побросав дубины, стремительно разбежались прочие разбойники. Амелл переглянулся с Кусландом.
— Вообще-то я имел в виду Морриган, — несколько ошарашенно сообщил темноволосый Страж Командору. — Но на несколько мгновений мне тоже сделалось очень приятно, что я могу вызывать такой испуг.
— Ты это специально сделал, — Морриган отряхнула посох и повесила на плечо. — Знал, что жара очей твоих испугаются они…
Алистер расхохотался первым. Кусланд и Амелл присоединились к его веселью, и даже Морриган усмехнулась углом рта. Бодан, казалось, был в замешательстве.
— Господин… и вправду маг?
— Колдовство! — неожиданно ожил молчавший доселе его недоумок-сын, указывая на Амелла. Дайлен развел руками, все еще улыбаясь.
— Увы, то есть — к счастью — нет. Мои глаза… несчастный случай. Ну так что, будем стоять и ждать, пока они вернутся? Или пойдем уже попытаем счастья в деревне? Я голоден, а нам, как помнится, обещали сыр.
Глава 25
Дальнейший путь до деревни прошел уже без неприятностей, если не считать моросившего дождя. Дорога вывела их в холмистую равнину, в которой у подножья одного из холмов и притулился Лотеринг. Впрочем, шатры и палатки стали встречаться им на пути гораздо раньше, чем они добрались до первых домов. Возле шатров даже под дождем происходила непрестанная возня сотен людей, вытряхнутых Мором из их домов. Чем ближе к Лотерингу подходили путники, тем больше беженцев встречали они на своем пути, тем больше вокруг становилось грязи и мусора. Все усиливавшийся дождь вносил свою лепту в общую картину. Перемазанные в грязи дети носились между шалашами, то и дело перебегая дорогу перед самым носом у лошади Бодана. Запах человечьего лагеря довершал картину последствий наступления Мора на земли Ферелдена.
— Ух, ты был прав, друг гном, — зажимая рукой нос, гнусаво признал Дайлен, оглядываясь по сторонам. — В харчевне наверняка мест нам не найти. Если тут вообще есть харчевня.
— Харчевня есть, — проговорила Морриган, лицо которой выражало брезгливость. — Бывала я тут раньше.
— По-моему, тут нет мест даже чтобы просто натянуть полог, — в свою очередь поделился сомнениями Алистер. Босоногий мальчишка, проносясь мимо в погоне за курицей, обдал его брызгами грязи. — О Создатель, да что это такое!
Впереди показалась каменная арка, возле которой стояли двое солдат. По доспехам с характерным знаком на груди было видно, что это храмовники. Когда повозка Бодана подкатилась поближе, один из храмовников поднял руку, делая знак остановиться.
— Приветствую, — голос из-под наличника шлема звучал глухо. — С чем вы пожаловали в Лотеринг?
— Мое имя Бодан, я торговец, — поспешил ответить гном, хотя храмовники, явно усталые и равнодушные ко всему, не проявляли враждебности или подозрительности. — Они — моя охрана.
— Ну и зажиточен ты, торговец Бодан, если можешь позволить себе стольких охранников в наше нелегкое время, — вмешался другой храмовник, явно помоложе. «Охранники» не лезли в разговор, подергивая плечами под отяжелевшими от дождя накидками.
— Так времена нынче неспокойные, — Бодан мельком взглянул на своих молчаливых спутников. — Я задержусь в деревне на денек. Поторгую со здешними… Вира на торговлю у меня имеется!
— Да кому она нужна, твоя вира, — говоривший с ним храмовник как-то увял, махая рукой. — Властей в Лотеринге больше нет. Все уходят на север, к Денериму, за армией тейрна Логейна. Торгуй сколько хочешь, только смотри за своими охранниками. Если они станут чинить беспорядки, заплатишь Церкви за каждого.
Гном рассыпался в благодарностях, и повозка, миновав храмовников, въехала в деревню.
Деревня казалась продолжением лагеря беженцев, с той только разницей, что грязи и толкотни здесь было больше, а вонь — сильнее. Провожаемые порой любопытными, а порой и недоброжелательными взглядами, торговец и его «охрана» добрались до главной площади. Опытным взглядом окинув местность, Бодан свернул к стоявшим у самой стены часовни двум телегам, возле которых толпились люди. Судя по всему, тут шла бойкая торговля.
Его появление встретили с заметным оживлением. Окружившие повозку селяне и беженцы смотрели с волнением и нетерпением. Гном остановил телегу рядом с первыми двумя и обменялся приветствиями с коренастым лохматым торговцем, стоявшим в окружении сразу трех охранников. Потом повернулся к своим недавним спутникам.