Банн Теган и эрлесса переглянулись.
— Лириум можно достать в Круге магов, — брат эрла поочередно взглянул на Кусланда, Амелла и капитана храмовников. — Если выплыть прямо сейчас, по озеру вы доберетесь завтра к полудню. День на то, чтобы вернуться. При попутном ветре — и того меньше.
— Это выход, — после молчания, согласился Айан. Он посмотрел на Дайлена, глаза которого выцвели белым, выдавая его крайнее волнение. — Выплывем сейчас. Я, ты, и Алистер. Все прочие останутся здесь до нашего возвращения. Морриган проследит за тем, чтобы демон не очнулся раньше времени.
— Она не сможет сделать много, если он проснется, — негромко предупредил Дайлен, явно не обрадованный перспективой плыть в Круг. — Но в башню ей нельзя. Рыцарь-командор Грегор… нетерпим к магам, которые не заперты в его тюрьме.
— И не забывайте про эрла, — Алистер оторвался от разглядывания лица Эамона. — Нам нужны хорошие целители, чтобы спасти его.
— Итак, решено, — Айан обернулся к банну. — Как скоро будет готов корабль?
Глава 37
Солнце, необычно жаркое для середины осени, яркими бликами дробилось в водах великого озера Каленхад. Поймавший белоснежным парусом попутный ветер, корабль эрла стремительно рассекал легкую волну. Алистер сидел у самого борта и боролся с дурнотой, подставив лицо жарящим лучам.
Кто-то подошел и присел рядом. Открыв глаза и проморгавшись, сын Мэрика увидел Айана, уже в доспехах и при оружии. Кусланд поймал его взгляд и мотнул головой на все еще спавшего прямо на палубе Амелла.
— Да, — понял его без слов бывший храмовник. — Я до сих пор не могу прийти в себя от того, что… зачем он… не понимаю.
— Быть может, боялся предвзятого отношения к себе.
— И все же, он должен был нам сказать.
— Обязан был сказать, — в голосе Кусланда послышались жесткие нотки. — Он пользовался своим даром, когда это было нужно. Но это не оправдание.
Алистер посмотрел на свои руки.
— Ты — Командор, — напомнил он.
— Можно догадаться, отчего он не желал, чтобы мы знали, — Айан еще раз посмотрел на спящего. — К магам относятся настороженно и недоброжелательно. Должно быть, Дайлен в самом деле боялся… предвзятого отношения. Я поговорю с ним, когда для этого будет подходящее время.
Светлоголовый Страж вновь поднял лицо к солнцу.
— Надо же — маг, — проговорил он, жмурясь. — Не пойми меня неправильно. Он кажется хорошим товарищем, и я ничего не имею даже против того, что он — маг крови. Да еще такой сильный маг. Просто это… необычно.
— Необычно, — согласился Кусланд. — но теперь меня волнует не Дайлен. Несмотря на его проступки, в нем я уверен. Он недоверчив, но не трус и не предатель. Тут другое. От эрлессы мы узнали, что Йован жил в ее доме почти месяц. Он пришел к ним еще до того, как случилась битва при Остагаре. А значит, решение тейрна Логейна отравить Эамона было не спонтанным. У Йована, скорее всего, были четкие распоряжения, когда подсыпать яд. После смерти короля. И не раньше.
Алистер промолчал.
— Не понимаешь? — Айан скрестил руки на коленях, сцепив их в «замок». — Я тоже не понимал, с чего эрл Хоу обнаглел настолько, что атаковал мой родовой замок. Ведь это не сошло бы ему с рук. Он мог предугадать, что мой брат Фергюс останется жив, и что король примет сторону моей семьи. Теперь я вижу единственное объяснение — эрл Хоу заранее знал, что после битвы при Остагаре в Ферелдене уже не будет другого короля, кроме самозваного.
— Ты хочешь сказать…
— Да, — Айан смотрел в доски палубы. — Тейрн Логейн все это спланировал заранее. Его дочь, королева Анора — бездетна. После смерти Кайлана она не могла бы притязать на трон, если имелись более прямые наследники. На трон могли претендовать эрл Эамон, как дядя короля, пусть и по материнской линии. И Кусланды, как наиболее знатный род после Тейринов во всем Ферелдене. Ведь Логейн, хотя и получивший за доблесть звание тейрна — из простолюдинов. Логейн позаботился о том, чтобы убрать всех, кто воспрепятствовал бы ему единолично занять трон Ферелдена и править как будто бы от лица его дочери. Я больше, чем уверен, что подлое убийство моей семьи, твоего брата и попытка отравить эрла — все входили в план Логейна по захвату власти в стране.
— Мерзавец! — Алистер возмущенно вскочил, но тут же сел обратно, схватившись за горло. Переждав бунт измученного качкой нутра, он с некоторой опаской разжал пальцы. — Он… должен поплатиться за то, что сделал. Должен! И Создатель свидетель, мы заставим его заплатить. Трон по праву принадлежит эрлу Эамону!