— То, что ты не уверен в своих чувствах ко мне, не делает тебя трусом, — оборвала я его, подняв подбородок. — И не нужно было спрашивать, я уже твоя. Я связала себя с тобой в ночь Вознесения.
Райкер тяжело сглотнул.
— Тогда у тебя не было выбора.
— Может, и нет, но я могла отказаться, могла устроить сцену и устроить скандал. Моя мать все равно заставила бы меня выполнить ее волю, но, в конце концов, не ее желания заставили меня завершить наш ритуал кровной связи.
— В этот раз я должен был дать тебе выбор.
Мне хотелось, чтобы он понял, насколько беспочвенны его опасения и что, даже если я не связана с ним узами брака, он навсегда завладел моим сердцем.
— Тебе и не нужно было. — я слегка ему улыбнулась. — Но, если тебе станет легче, можешь спросить меня сейчас.
Взгляд Райкера наконец встретился с моим — он изучал мое лицо, и его губы скривились.
— Нет особого смысла спрашивать об этом после обряда.
— Есть, если это принесет тебе покой. — я уперла руку в бедро. — Обещаю, что буду честна в своем ответе и дам его тебе точно так же, как если бы ты спросил меня до свадьбы.
Он заколебался, и мышцы напряглись на его челюсти, прежде чем Райкер слегка кивнул. Опустив глаза, он потянулся в карман и что-то достал. Перышки защекотали мои внутренности… нелепое действие, когда я уже знала, к чему именно он готовится.
— Принцесса Калеа. — окружающие огни замерцали в глубине его золотых глаз. — Окажешь ли ты мне честь, став моей женой?
Неконтролируемая улыбка расплылась на моем лице, и я бросилась вперед, врезавшись в Райкера. Ему едва удалось удержать нас обоих от падения, его руки обвились вокруг меня, и он рассмеялся.
— Да, — сказала я, обхватив его лицо руками. — И еще тысячу да. Райкер, я хочу быть с тобой. Еще до Вознесения хотела этой связи. Стать твоей женой сегодня — это еще один способ связать себя с тобой. И, если есть еще одна церемония, которую ты хочешь провести, чтобы я могла показать тебе, что я твоя, то с радостью приму и ее.
Губы Райкера растянулись в искренней улыбке, и я расслабилась, когда он притянул меня к себе, его сердце гулко стучало у меня под ухом.
— Я все еще пытаюсь понять, как быть в отношениях и разобраться в своих чувствах к тебе, но никогда не сомневайся, что я сделаю все, что в моих силах, чтобы ты была в безопасности и счастлива.
Он поднял руку, показав предмет, который ранее достал. Лунный свет упал на полированное дерево, и я ахнула. На его ладони сидел маленький резной грифон, выгравированный с мелкими деталями, от поразительных глаз до острых когтей и каждого перышка между ними, представляя собой почти идеальную копию Стрелы. Я смахнула слезы, когда Райкер поднял кожаный шнурок, продетый через прорезь в дереве на спине существа, и повязал его мне на шею. Маленький амулет лежал чуть ниже ключицы, и я взяла его в руку, проведя пальцем по рельефным гребням перьев.
— Она прекрасна.
— Нет. Ты прекрасна. — он приподнял мой подбородок и перевел взгляд с ожерелья на меня. — Я не заслуживаю такого хорошего и чистого человека, как ты. — Райкер медленно наклонился и прижался своими губами к моим. Жест был нежным и неуверенным, как будто он оценивал мою реакцию. Мой пульс участился, когда я обвила руками его шею и вернула поцелуй, жаждая исследовать его губы. Они были мягкими, теплыми и сладкими, напоминая мне, что он пьян.
Меня охватила грусть.
— Выпивка придала тебе смелости, чтобы наконец-то поцеловать меня? — я отстранилась, чтобы перевести дух, и мой живот скрутило от мерцания его глаз.
— Разве это имеет значение? — он снова наклонился, и его губы коснулись моей челюсти, заставив мою голову закружиться, а его руки запутались в моих волосах. Желание, излучаемое им, почти заставило меня пошатнуться… я тоже хотела насладиться его поцелуем, но…
— Это имеет значение. — коснувшись губами его губ, я вырвалась из его объятий и поднялась. — Хочу, чтобы ты поцеловал меня, когда будешь трезв. Чтобы ты мог запомнить эти моменты со мной.
Глубокое выражение обиды и растерянности исказило его лицо.
— Я…
— Пожалуйста, — прошептала я.
Он выдохнул и склонил голову.
— Я понимаю. — мне было больно смотреть на него, но, когда я открыла рот, чтобы попытаться смягчить удар, который я только что нанесла, Тенебрис вернулся на поляну. — Тен отвезет тебя домой.
Тен придвинулся ко мне, и я с трудом сглотнула комок в горле.
— Разве ты не вернешься с нами?
Райкер поморщился, боль разлилась по его лицу, когда он поднялся на ноги, слегка покачиваясь.