— Это свет.
Райкер осторожно протянул руку, проведя кончиками пальцев по пламени.
— Ты что-нибудь чувствуешь? — спросила я, потому что сама не чувствовала пламя.
Райкер покачал головой. Интересно.
— Он сжег темную божественность, которую ты поглотила вчера от ребенка… но сделал ли он тоже самое с твоим демоном?
Я нахмурилась. Мне даже не нужно было заглядывать внутрь, чтобы понять, что демон все еще там, ожидал своего шанса меня одолеть.
— Нет… — но почему?
— Полагаю, в этом есть смысл. Божественность не может исцелить, как и навредить своему телу.
Я сжала руку, и пламя погасло. Эти доводы не имели значения. Я была жива, а Оникс в безопасности… надеюсь.
— Как Оникс и Джуэл?
Райкер отпустил меня и сделал шаг назад.
— Оникс в порядке, благодаря тебе. Джуэл все еще поправляется, но благодаря Харпер она выживет; и, когда я видел их в последний раз, Дилан отказался их покидать.
Спасибо Создателям! Они были в порядке. С моих плеч свалился огромный груз, и я, шаркая по залитой солнцем комнате, рухнула на ковер рядом со столом. Запустив руки в волосы, я наблюдала, как Райкер возвращается к своему предыдущему занятию, и поняла, что он упаковывал припасы из хижины в кожаную сумку. Мой желудок скрутило, и облегчение, которое я только что почувствовала, исчезло.
— Ты куда-то собираешься? — я пыталась дышать, преодолевая страх, стыд и миллион других эмоций, обрушившихся на меня одновременно. Он уходил из-за меня? Потому что я его оттолкнула?
Райкер встретился со мной отстраненным взглядом, и мне захотелось узнать, о чем он думает.
— Поскольку твоя мать послала армию в Лунару, мы должны сделать свой ход сейчас, чтобы спасти Пему, иначе у нас никогда не будет другого шанса. — боль внутри меня немного утихла — он уходил не из-за меня.
— Не уверен, сколько времени это займет, но я вернусь, как только смогу…
— Пожалуйста, не оставляй меня! — я вскочила на ноги и подошла ближе.
Он не отрывал глаз от сумки, которую собирал.
— Здесь, ты будешь в безопасности, Калеа, подальше от твоей матери, и Тенебрис останется с тобой для защиты, помимо Айан.
Моя грудь сжалась, и я проглотила комок, образовавшийся в горле.
— Ты уходишь от меня из-за той ночи…
— Что? — Райкер повернулся ко мне, страх и замешательство отразились на его лице. — Нет. Нет… — замялся он и потер затылок. Его взгляд опустился к ногам, темная челка закрыла глаза. — Калеа. — его голос был едва громче шепота. — Я причинил тебе боль?
Шок ударил меня, как пощечина, и я вздрогнула.
— Нет! Конечно, нет. — неужели он так думал? Я протянула руку и осторожно приподняла его подбородок. Он задрожал, а в его золотистом взгляде отразился страх, который я никогда не ожидала увидеть в его глазах.
— Я… я ни разу в жизни не был так пьян, — с сожалением произнес он. — Единственное, что я четко помню с той ночи, это то, как улыбка исчезла с твоего лица, когда ты сняла повязку и увидела меня. — мышцы на его челюсти напряглись, словно воспоминание причинило ему боль. Он коснулся грифона на моей шее и сглотнул. — Я смутно помнил, что видел тебя у водопада, но, когда проснулся вчера утром в пустой хижине с самой сильной головной болью в моей жизни, не помня, как добрался туда, я был в ужасе, не зная, что сделал, и не причинил ли я тебе боль.
Меня охватило облегчение, и я крепко обняла его за напряженную шею, благодарная за то, что он не любит алкоголь и, ко всему прочему, почти ничего не помнит о событиях той ночи.
— Ты не причинил мне вреда, — прошептала я ему в шею, и он расслабился, вздохнув, как будто с него сняли огромный груз. — Мне жаль, что я вот так ушла…
— Прости, что стер краску…
— Не надо. — я рассмеялась и отстранилась, чувствуя облегчение от того, что между нами ничего не испортилось. — Но вместо извинений ты можешь взять меня с собой.
Райкер покачал головой.
— Я хочу, чтобы ты была в безопасности…
— А как насчет того, чего я хочу? Думаешь, я согласна, чтобы ты бросился в опасность, в ситуацию, которая, если не закончится смертью, может снова закончиться жизнью в заточении? — умоляла я, приходя в ужас от мысли, что могу его потерять.
Лоб Райкера покрылся морщинами от тревоги, и он обхватил мое лицо руками.
— Калеа, я бы столкнулся с этими вещами и даже хуже, если бы у меня был шанс спасти мою сестру от тех ужасов, с которыми она сталкивается.