Поллок шагнул вперед, не переставая стрелять. Волна огня сбила сержанта Таннера с ног, и его засосала буря. Для Сомо он был похож на детскую игрушку, которая влетела в ураган, поднялась ввысь и исчезла.
Доктор Фланкс и его ассистент сидели на полу наблюдательной комнаты и ожидали окончания сражения.
— Слышишь? — сказал доктор. — Стрельба прекратилась.
Он улыбнулся.
— Говорил же, что всё будет хорошо.
Ассистент несколько раз лихорадочно вздохнул, усмехнулся и улыбнулся в ответ. Вскоре они услышали шаги, металлические шаги, будто кто-то спускался по коридору. Открылась дверь в комнату и вошёл человек, одетый в костюм морпеха. На его броне не было знаков Конфедерации. Доктор Фланкс поднялся, улыбка исчезла с его лица.
Поллок поднял оружие и прицелился доктору в лицо.
— С этого момента вы в плену у повстанцев, — сказал он. В помещение вошли ещё трое. Один из них направил оружие на ассистента.
Сомо вошел в комнату, увидел людей под прицелом, и его внимание привлекло окно, выходящее в другую комнату. Он подошел к окну и остановился, не совсем понимая, что видит.
Половина комнаты была покрыта фиолетовой жижей. Посреди комнаты в кресле, свесив голову на грудь, сидела одетая в зеленую робу женщина. Волосы её были ярко рыжими. Напротив женщины сидело нечто, напоминающее громадного жука. Оно свернулось калачиком и ожидало, пока женщина очнется.
— Что же ради всего… — начал было Сомо. Подошёл Поллок и заглянул в комнату.
— Возьмем с собой всё, что сможем унести. То, что не сможем унести, сожжём. У нас десять минут. Пошевеливайтесь!
Несколько минут спустя, четыре десантных корабля повстанцев поднялись в воздух и улетели, оставляя за собой пылающие руины учреждения Фудзита. Удивительно, но после нескольких попыток двигатель танка, наконец, завёлся, и Форест смог заехать на корабль. Последняя турель была уничтожена, и корабли без какого-либо сопротивления поднялись вверх и направились к точке, которую по остаточному тепловому следу в пустыне обнаружил один из пилотов. Селу Брок, без сознания, но живую, достали из наполовину сгоревшего истребителя, доставили на транспорт, и вскоре вместе со всеми она была на пути к «Гипериону».
Часть 4. Призраки прошлого
В Галактической Информационной Сети сюжет о нападении на Виктор 5 был полон преувеличений, умалчиваний и откровенной лжи, на которые только способны подконтрольные Конфедерации СМИ. Ничто, выходящее в ГИС, не избегало цензуры конфедератов. Поэтому нападение на Виктор 5 было представлено как жестокая террористическая атака на экологическое исследовательское учреждение, в ходе которого были убиты несколько гражданских и уничтожены ценные научные данные по изучению Вершины Фудзита.
Арктур удивлялся, как долго ещё люди позволят себя дурачить. Пока СМИ прикрывают Конфедерацию, те могут рисовать какие угодно картины, а Сыны Корхала не могут ничего сделать, кроме точечных уколов сквозь броню Конфедерации. Необходимо было сделать нечто грандиозное, такое, что даже СМИ не смогут это замолчать и переврать.
«Всему своё время» — напоминал сам себе генерал. Учёные находились в процессе изучения мертвого инопланетного существа (Поллок решил, что в таком виде его будет легче перевозить) и найденного вещества. Арктур никогда прежде ничего подобного не видел. Человечество вступило в контакт с инопланетными существами, а Конфедерация решила этот факт от общественности скрыть. Основываясь на предыдущем опыте, Арктур предполагал, что они разрабатывали какой-то новый вид биологического оружия. Это казалось очевидным, судя по рассказам Сомо и Поллока, и судя по захваченным из лаборатории докладам, Конфедерация проводила эксперименты по взаимодействию людей и инопланетян. И женщина, лежащая сейчас перед ним, была единственным выжившим тестируемым объектом. Что случилось с остальными? Что ещё конфедераты узнали об инопланетянах? И сильнее всего Арктур хотел узнать, почему именно она? И насколько она важна для Конфедерации? Менгск уже начал думать, что она может стать очень ценным союзником. Но…
Сомо вошел в лазарет, где сидел Арктур, взглянул на лежащую перед ним Сару. Генерал даже не посмотрел в его сторону; даже не заметил, что кто-то вошёл.
— Сэр? — обратился к нему Сомо. Генерал посмотрел на него. Выглядел он как человек, который только что принял очень сложное решение.
— Сэр, она поправится? — Сомо подошёл к Саре.
Арктур обернулся к ней, будто задаваясь тем же вопросом. Сомо счёл его поведение странным, но промолчал.
— Посмотрим. Узнаем после операции.
— Не знал, что всё так плохо.
Арктур долго смотрел ему в глаза. Продолжительное время он не думал о Сомо.
— О, травмы, полученные ею на объекте, не нуждаются в хирургическом вмешательстве. Медики в лаборатории только и делали, что накачивали её наркотиками.
Арктур встал и подошёл к кровати. Он зачесал вверх рыжие волосы девушки и оттопырил верхнюю часть её левого уха. На шее виднелся шрам.
— Видишь этот шрам?
Сомо кивнул и генерал продолжил:
— Это означает, что наша «пациентка» — Призрак — один из самых высококвалифицированных и опасных оперативников Конфедерации. Также это значит, что она телепат.
— В смысле она умеет читать мысли? — Сомо выглядел как человек, который только что убедился в существовании какого-то высшего существа.
— Да, и возможно больше. У телепатов есть возможности, в которых даже Конфедерация до конца не разобралась. Поэтому они обеспечивают верность своих солдат-Призраков, вводя им в мозги «нейроингибиторы», — Менгск указал на шрам. — Это делает их исполнительными и зачастую подавляет воспоминания.
— А зачем им подавлять воспоминания? — спросил Сомо.
Арктур замолчал, подбирая слова.
— Потому что Призраков отправляют только на секретные операции. Они убивают политических конкурентов, проводят зачистки среди неугодных. Они опаснейшие орудия в руках Конфедерации. Ингибиторы вводятся для того, чтобы Призраки не помнили того, что совершили, и в случае плена не смогли выдать никаких тайн Конфедерации.
Арктур стоял возле Керриган и смотрел на неё. На его лице читались непонятные эмоции.
— Мы собираемся удалить её ингибитор.
В комнату вошел Поллок Раймз. Он сурово посмотрел на Сомо, прежде чем повернуться к генералу Менгску.
— Наш новый доктор окончил осмотр лейтенанта Брок. С ней всё будет в порядке. Кажется, доктор Фланкс очень хочет доказать свою полезность новому руководству.
Менгск кивнул.
— Хорошо. Мы позволим нашему дружелюбному доктору в полной мере доказать свою верность, — он посмотрел на Сару. — Скажи ему, чтобы явился ко мне.
— Есть, сэр! — Поллок повернулся к Сомо. — После разговора с доктором я бы хотел поговорить с тобой.
— Что-то важное, лейтенант? — спросил Менгск.
— Всего лишь небольшой дисциплинарный разговор, сэр, — Поллок кивнул Менгску, тот кивнул в ответ и Полок вышел. Сомо вопросительно посмотрел ему вслед, гадая, о чем же лейтенант хотел поговорить с ним.
Арктур повернулся и продолжил смотреть на Сару Керриган. Сомо осознал, что тоже смотрит на неё в надежде, что она будет в порядке после всего пережитого, отчаянно желая поговорить с ней, узнать, что она за человек. Если Менгск прав, она прожила жизнь безвольного участника событий, о которых даже не может вспомнить. Возможно она жила отшельником или изгоем. Сомо знал, что это такое и внезапно ощутил связь с этой женщиной.
«Жаль, я не могу читать её мыслей» — подумал он.
Сара помнила, что ей снились кошмары, но не помнила, о чем они были. Каждый раз, когда она пыталась вспомнить, в её мозгу проносились ужасные картины, слишком быстро, чтобы их запомнить: тёмные комнаты, расползающаяся слизь, похожее на личинку существо… а что перед этим? Где она теперь? «Ты всё ещё спишь» — подумала она. «Пока ещё не время просыпаться, Сара. Позже». Голос не принадлежал ей. Она не могла его опознать, ей казалось, он принадлежал её матери. Она пыталась что-нибудь вспомнить о матери, как она выглядела, какой у неё был голос, кем она была… но ничего не приходило. Затем она попыталась вспомнить отца, и снова ничего. Казалось, все двери в её разуме оказались закрытыми, а ключа у неё не было. Она знала, что когда-то ключ был, но понятия не имела, где потеряла его.