Члены комиссии по расследованию предложили отменить некоторые законы о приобретении земли, принятые в 1940 году. Эти законы запрещали евреям приобретать земли на 4/5 западной части Эрец Исраэль. Члены комиссии также предложили отменить некоторые параграфы Белой книги 1939 года, по которой еврейская иммиграция в Эрец Исраэль зависела от согласия арабов. Наконец, комиссия рекомендовала допустить по мере возможности в Палестину 100.000 еврейских беженцев в течение года. Президент Трумэн, который лично рекомендовал допустить 100.000 беженцев в Палестину, выразил свое удовлетворение тем, что члены комиссии приняли его предложение. Трумэн требовал также роспуска всех ’’частных армий”, которые ставили под угрозу ’’мир во всем мире”. Предложения комиссии по расследованию предполагали даже запретить танцевать в одном из кафе на берегу Галилейского озера, принимая во внимание святость этих мест. Из 10 рекомендаций комиссии только это предложение было принято англичанами. В результате британские военнослужащие, расквартированные в Галилее, были лишены этого невинного развлечения и кляли членов комиссии и Бевина на чем свет стоит.
Когда доклад комиссии был опубликован, Моше Сне предложил, чтобы Кол Исраэль, получив полномочия от всех военных организаций, передал сообщение о прекращении всех военных операций, если будет разрешен въезд в Палестину 100.000 еврейских беженцев. Мы сильно сомневались в необходимости такого ’’перемирия”. Но все же Иргун Цваи Леуми согласился принять это предложение. Мы достаточно ясно заявили, что не верим в готовность британского правительства добровольно впустить в Палестину 100.000 евреев, но мы хотели, чтобы все возможные сомнения на этот счет исчезли.
И мы не ошиблись. Лейбористское правительство Великобритании было весьма откровенным на этот счет.
Имея в виду отношение британского правительства, мы оказали давление на Хагану с целью возобновить военные действия и вызвать гражданское неповиновение. Мы старались обратить внимание Хаганы на то, что не было ровно никакого смысла в дальнейшем ожидании. Я также направил главнокомандующему объединенным движением сопротивления практические предложения, военные и политические. 7 мая я получил ответ. В тексте ’’цыплята” означает аэродромы, а ’’пресса” относится к правительственной типографии близ железнодорожной станции в Иерусалиме.
”1. Нет места разногласиям по поводу возобновления военных операций в гораздо большем масштабе. Однако, решение об этом было отложено на неделю в связи с информацией, полученной от наших людей за границей. Наши американские друзья утверждают, что предпринимались все усилия для обеспечения аннулирования условий комиссии по расследованию и что деятельность с нашей стороны может привести к их краху. Это решение, конечно, относится к тем военным операциям, которые уже одобрены больше цыплят и прессы. Через неделю будет принято в принципе решение о возобновлении операций. Вы тогда также получите ответ касательно ваших предложений. Мы поэтому предлагаем, чтобы наша следующая встреча состоялась во вторник, 14 мая, в 20 часов в обычном месте. Пожалуйста, уведомите нас о получении.
2.Заявление, возлагающее всю ответственность на правительство, предложенное М., будет опубликовано нами, после проведения первой операции...”
Мы должны были ждать больше недели ’’принципиального решения о возобновлении операций”, отсрочка не такая уж долгая. Целый ряд наших планов был одобрен. Один из них касался разрушения поездов после того, как все пассажиры покинут вагоны. За этим последовали взрывы мостов, произведенные Хаганой и нападение ударного отряда группы Штерна на железнодорожные мастерские в Хайфе.
К нашему сожалению, группу Штерна не уведомили заранее о времени взрыва мостов соединениями Хаганы. Группа Штерна утверждала, что когда их люди отправились на операцию по уничтожению железнодорожных мастерских в Хайфе, британские войска, находившиеся поблизости, были в состоянии полной готовности. Моше Сне заявил в моем присутствии, что он получил послание Натана Фридмана с уведомлением, что налет на железнодорожные мастерские в Хайфе был отложен. Бурное обсуждение не изменило того трагического факта, что бойцы ЛЕХИ на обратном пути попали в засаду, устроенную британскими войсками. В результате, 11 членов группы были убиты в перестрелке и 20 взяты в плен, среди них — много раненых. Ни один официальный представитель Еврейского агентства не пришел отдать последнюю дань уважения погибшим бойцам ЛЕХИ. Представитель Хаганы, однако же, чье тело было найдено у места взрыва на мосту А-Зиб, был похоронен с почестями.
Налет на мосты имел важные политические последствия. Бойцы Хаганы действовали в чрезвычайно трудных условиях. Им приходилось делать длинные переходы и отходить по едва видным тропинкам, чтобы не столкнуться с британскими войсками. На самих мостах, которые охраняли несколько арабских полицейских, не было столкновений, и 14 бойцов Хаганы, которые погибли при исполнении операции, были убиты случайно преждевременным взрывом ящика со взрывчаткой. Однако эта тяжелая операция была проведена основательно. Монументальные стальные мосты на севере, юге и востоке Эрец Исраэль рухнули под ударами бойцов Хаганы.
Взрыв мостов явился последней военной операцией объединенного движения сопротивления.
Британские силы предприняли контрнаступление по всему фронту.
Правительственные силы собирались сломить ’’хребет еврейского терроризма” и покончить со всем еврейским сопротивлением. Соответственно они тщательно подготовили налет на все официальные еврейские учреждения и места дислокации еврейских вооруженных сил в стране.
Эта операция началась в ранние утренние часы 29 июня 1946 года. Десятки тысяч британских солдат вышли на облаву по всей стране. Был введен комендантский час. В результате, тысячи людей очутились за решеткой. Здание Еврейского агентства было захвачено. Руководители официальных еврейских представительств и активные члены Хаганы были арестованы в соответствии с подготовленными списками. С помощью все тех же списков были произведены обыски в киббуцах, где размещались соединения Пальмаха. Списки были составлены с дьявольской аккуратностью и точностью. Каждый киббуц, в котором ’’секретно” располагались соединения Пальмаха, был прекрасно известен британской военной разведке. Не удивительно поэтому, что последствия были чрезвычайно серьезны. Исраэль Галили сообщил мне, что удар, нанесенный Пальмаху, был ужасным. Почти половина членов Пальмаха была арестована. Ряды ведущих офицеров Хаганы тоже сильно поредели.
Все эти события снабдили нас достаточной пищей для историко-философских размышлений. Кто мог предвидеть, какими путями пойдет наш народ к окончательному освобождению. Колонизация страны пионерами была, несомненно, важным фактором в процессе врастания нашего народа в землю отчизны. Сельскохозяйственные поселения могли также служить базами в оборонительной войне против арабов. Мы, однако, повстречались на пути со многими препятствиями, так как эти поселения были закрыты для нас. Только Нахлат-Жаботинский и Рамат-Темкин оказывали нам значительную помощь и поддержку, снабжая кровом, пищей и площадью для тренировки и отработки самых важных налетов. Наша подпольная борьба была бы значительно облегчена, если бы в нашем распоряжении были несколько десятков деревень. Какую боевую подготовку и курсы молодых бойцов мы могли бы организовать! Но дороги судьбы неисповедимы. До образования государства Израиль мы не создавали сельскохозяйственных поселений, мы сражались. Если бы мы обосновались на земле в те дни ожесточенной борьбы, то никакого действительного подполья так бы и не возникло из-за особых топографических условий Эрец Исраэль. Британское правительство тогда знало бы в точности до метра, где следует искать нас, так же, как оно знало, где искать членов Пальмаха. В один прекрасный день британские власти произвели бы обыски, и все подполье было бы сметено с лица земли. Таким образом, борьба за освобождение нашего народа могла окончиться, не успев даже и начаться. В нашем ’’скрытом подполье” британские власти даже не имели ни малейшего понятия, с чего начать поиски. Мы были везде — и нигде. Правда, недостаток укрытий в селениях усложнял нашу работу.