Нагих взглянул на Наталью.
Худощавое лицо ее с выступающими скулами и ввалившимися щеками было сейчас без кровинки. На высоком, выпуклом, как у ребенка, лбу лежала глубокая складка.
— Не страшусь я… У вас из соседского пустого сада площадь заводскую видно… Ночи сейчас лунные…
— Ну? — сказала старуха.
— Если мытницы правду сказали… А вдруг и Павла сегодня выведут, а потом на татарское кладбище… А я и не узнаю, ведь не скажут…
— Опять про то же, — сказала старуха.
— Ведь ничего потом не скажут… Следа не найдешь…
Василиса вздохнула.
— Ночуй, мне не жалко. Места всем хватит…
— Как стемнеет, приду, — сказала Наталья и быстро вышла за дверь.
9
Вечером старая Василиса засветила лампу и села за шитье.
Нагих бродил из угла в угол комнаты и думал о том, что теперь делать в чужом городе и в незнакомом поселке.
Старуха сидела молча, низко склонив голову над работой. Казалось, она даже не замечала своего нового квартиранта.
— Не идет что-то Наталья, не иначе, раздумала, — сказал Нагих, посмотрев на черное окно.
— А ты что, или соскучился? — спросила старуха.
— Поговорить мне с ней надо.
— О чем разговаривать-то? — Василиса снизу вверх взглянула на Нагих. — Или вправду жениться приехал? Единый раз девку увидал, а уже скучаешь…
— Я не скучаю, — сказал Василий. — Мне ее о заводе расспросить нужно. Может, у нее люди знакомые есть, может, что доброе посоветует.
— А ты ее меньше слушай, — сказала старуха. — В девках ума немного, ты сам соображай.
— Что сообразишь, если кругом никого не знаешь. На Павла у меня весь расчет был, — сказал Василий и прислушался.
За окнами раздались торопливые шаги, потом кто-то негромко постучал в ставень.
— Видать, она… — Василий пошел было отворять дверь, но старуха остановила его.
— Куда кинулся? — сердито сказала она. — Засуетился… А если это не Наталья, к чему открывать будешь, не хозяин…
Она поднялась с табурета и вышла в кухню.
Однако Василий не ошибся. Вернулась старуха в комнату вместе с Натальей. Она пропустила гостью вперед и, войдя в комнату следом за ней, сказала:
— Прикатила… А мы уже ждать отчаялись. Василий-то, чай, все каблуки стоптал.
Наталья мельком взглянула на Василия и едва приметно улыбнулась.
— Ох, и темень на дворе, как слепая, шла, — сказала она. — А ветер с ног валит, будто и не город вовсе, будто и домов нет, а глухая степь. Озеро разыгралось, не дай бог, стоном стонет…
Наталья сняла платок, скинула курточку и все повесила за дверью в кухне, потом подошла к столику, около которого работала Василиса, и присела на табуретку рядом.
— Давайте работать вам помогу, все время скорее пройдет. Хоть петли метать стану.
— Какая там работа сейчас. Неволит, что ли, нас кто работой. Спать пора. — Василиса принялась складывать шитье. — Стелить пойду. Ты, Наталья, со мной ляжешь, а ему здесь постелем. Или на печи любишь? — спросила она, обернувшись к Нагих. — Печь седня мало топлена, жарко не будет.
— Мне все равно, — сказал Василий.
— Я не буду ложиться, я дождусь, — тихо проговорила Наталья и робко взглянула на Василису. — Луна взойдет — их на площадь выводить станут. Мытницы говорили…
— Ты в уме, девка? — сердитым голосом сказала Василиса. — Бабы пустяком сболтнули, а ты поверила. Да кто им, бабам-то, докладываться будет?
Наталья опустила в землю глаза.
— Они стороной слышали. Разговор в контрразведке был, что, дескать, с могилой кончать надо. Сбирались в эту ночь…
— Ну, ладно, — сказала Василиса. — Если и вправду копать станут, к чему тебе глядеть — не театр…
— Я вам не помешаю, я тихонько посижу… До луны недалеко…
Василиса ничего не ответила и вышла на кухню. Через несколько минут она вернулась и, не глядя на Наталью, сказала Нагих:
— Постелила я тебе, можешь укладываться. А она, коли хочет, пускай сидит. Разве ее переупрямишь…
Наталья беспокойно взглянула на Василису, но промолчала и неслышно выскользнула за дверь.
Старуха посмотрела ей вслед и, нахмурившись, пошла за перегородку.
Василий прикрутил фитиль лампы и, захватив лампу с собой, вышел в кухню. Наталья сидела у стола, и острый подбородок ее упирался в скрещенные пальцы. Широко раскрытыми глазами смотрела она в темный угол и не отвела от него взгляда даже тогда, когда Василий подошел к ней.
— Легла Василиса Петровна? — спросила она, не глядя на Нагих.