Его клинок угодил врагу прямо в живот. Ауум врезался в него, и оба упали на землю. Умирающий навалился всем телом на раненую ногу Ауума, и архонт закричал от боли и попытался оттолкнуть тело, отползая назад и борясь с подступившей тошнотой. Над ним вырос маг, раскрыв ладонь, на которой расцвел синий огонь, и потянулся ею к лицу Ауума.
И вдруг раздался тонкий, зловещий свист, на мгновение заглушив звуки боя, и маг дернулся, а изо рта у него хлынула кровь, заливая шею и грудь. Он повалился на бок, слабеющей рукой пытаясь дотянуться до метательного полумесяца, вонзившегося ему в шею за ухом. Воин ТайГетен перепрыгнул через Ауума. Приближающиеся солдаты разразились гневными воплями. Ауум увидел, как Улисан могучим ударом в подбородок опрокинул какого-то неосторожного смельчака, а Элисс вогнала ему меч под ребра.
Кто-то из магов ударил заклинанием. К ним метнулся короткий язык пламени, и Илласт подпрыгнул, сделал кувырок в воздухе, пропуская его под собой, и вновь вернулся на землю, одновременно нанося смертельный удар своими клинками. Ауум услышал, как где-то еще лязгнула скрещенная сталь. В воздухе вновь заунывно затянули песню смерти метательные полумесяцы, и кто-то из солдат пронзительно вскрикнул, насмерть ужаленный сюрикэном. Вот прозвучал топот убегающих ног, и вскоре голоса людей затихли в лесу.
Умирающего солдата, наконец, стащили с ног Ауума и коротким ударом сломали ему шею. Улисан протянул архонту руку, и Ауум с благодарностью принял ее.
— Это уже входит в привычку, — сказал он. — Фалин преследует остальных.
— Мне показалось, что я приказал тебе уходить, — проворчал Ауум.
Улисан улыбнулся и театральным жестом потер ухо.
— В самом деле? Наверное, я оглох после этого чертова взрыва, потому что обычно я в точности выполняю твои распоряжения.
— Пусть Инисс сделает так, чтобы твой слух и дальше оставался нарушенным, Улисан, — с чувством сказал Ауум. — Ну, а теперь давайте убираться отсюда.
Напарница уловила запах, и он показался Серрину настоящим оскорблением для его обоняния. Бывший Молчащий Жрец со своей пантерой и еще восемь таких пар преследовали армию людей, мечтая вновь ощутить на губах вкус их крови.
Но этот отвратительный запах заставил его забыть обо всем. В воздухе витали самые разные ароматы: сожженного дерева, пепла, горелой плоти и запекшейся крови. Но над всеми остальными преобладал двойной запах магии, застрявший в опавших листьях и густом подлеске, и эльфийской крови, которой здесь было пролито очень много.
Серрин шагнул на почерневшую прогалину и понял, что в случившемся есть и доля его вины. Его пантера обнюхала землю и обнаружила неглубокий кратер, от которого буквально разило остаточной магией и пеплом сожженных заживо эльфов. Вокруг, примерно в радиусе четверти мили, валялись трупы людей. Некоторые выглядели так, словно только что оттаяли после мгновенной заморозки, и у всех виднелись раны от метательных полумесяцев, эльфийских клинков или типичных для ТайГетен ударов открытой ладонью.
Серрин замер на месте, положив ладонь на голову своей напарницы. Она отошла от кратера и сейчас обнюхивала пятно крови на земле. Пантера глубоко втянула запах носом, и Серрин вдруг испытал чувство утраты, которое, как он надеялся, оставило его навсегда.
Ауум.
Его пантера не могла с уверенностью определить, погиб ли он здесь и был унесен своими Тай для погребения, но он явно сражался тут и пролил свою кровь, а пара следов, уходящих прочь, принадлежала эльфу, который получил серьезные раны. Серрин всматривался в землю, выискивая признаки того, что Ауум покинул место боя без посторонней помощи, но следов было столько, что разобраться в них было очень трудно. Десять пар отпечатков пересекались в разных направлениях, уходили и снова возвращались, а потом окончательно терялись в подлеске в направлении Аринденета, до которого отсюда был день пути на восток.
Серрин или, по крайней мере, та часть его сознания, в которой еще сохранилась память о Молчащем Жреце, вознес краткую молитву Иниссу, прося его сохранить душу Ауума, жив он или мертв. У тех же, кого настиг магический огонь и порожденное им огненное пекло, такой надежды не было.
Все Обращенные собрались на прогалине. Восемь пар вновь ощутили присутствие друг друга после того, как шок от увиденного стал проходить, а желание отомстить завладело ими с новой силой. Все они смотрели на Серрина, ожидая его знака пуститься по следу армии людей и начать убивать их.