Черт подери! Я сам на себя не похож. Обычно меня ничто не может разволновать. Я бывал в гораздо худших ситуациях, чем эта, и спокойно с ними справлялся.
После того, как все вещи оказались в багажнике и все заняли свои места, я выехал с парковки, оплатив талон, и направился к центру города. Я смотрел вперед, не в силах взглянуть им в глаза, и изо всех сил боролся с желанием выпалить то, что беспокоило меня. И что еще хуже, у меня никогда не получалось поддерживать непринужденную беседу.
Мы приехали в загородный дом и, быстро разгрузив машину, занесли все вещи внутрь. Когда взгляд моей матери остановился на Инес, я понял, что она догадалась. Ее глаза широко распахнулись, нижняя губа задрожала, и она повернулась и посмотрела на меня. Представив их друг другу, я попросил маму отвести Адриана на прогулку и взять с собой Эрика в качестве охраны.
Я прекрасно понимал, что у меня не получится скрыть все. Мне следует поговорить с ними до того, как я привезу Селену из больницы. Поэтому, как только багаж оказался в отведенных для них комнатах, я спустился к ним.
— Я бы хотел переговорить с вами, прежде чем Селена приедет домой.
— Что случилось? С ней все в порядке?
— Все чудесно.
И у нее от меня будет ребенок. Я постарался не зацикливаться на этом, потому что подозреваю, что могу просто пуститься в пляс.
Они обменялись взглядами, которые я могу описать только как настороженные, но мне хотелось узнать правду. Селена заслуживает знать, но сейчас она не в том состоянии, чтобы беспокоить ее всем, что происходит. К тому же, Колетт все еще не поймали, что уже само по себе опасно. Если и существует способ спасти мою Селену, защитить ее, возможно, это он и есть.
Позаботившись, чтобы они с удобствами разместились на диване, а на столике стояли освежающие напитки, я опустился на стул напротив них. Наклонившись вперед, я оперся локтями о стол и внимательно посмотрел на двух людей, чьи жизни я сейчас разрушу. Устрою своего рода апокалипсис, который уничтожит их мирную жизнь.
Я прочистил горло.
— Месье и мадам Майклз, — начал я и остановился. Черт. — Энтони и Инес. Я испытываю к вашей дочери очень сильные чувства, поэтому все это будет очень трудно,— на лице Инес появилось обеспокоенно выражение, а ее супруг обнял ее рукой за плечи, притягивая к себе.
Хорошо. Ей понадобится поддержка.
Она нервно рассмеялась.
— Ты заставляешь меня нервничать.
— Простите. Это не намеренно, — время сорвать защитные барьеры. — Я еще раз приношу свои извинения за то, что подверг вашу дочь опасности. Но недавно произошли события, которые пролили свет на все происходящее. Поэтому я перейду к делу и спрошу: где родилась Селена?
Инес ахнула, и все краски резко схлынули с ее лица.
— Что?
— К чему все это, Ремингтон? — хмурясь, спросил Энтони.
Я сжал челюсти, крепко зажмурился, а когда снова открыл глаза, на меня смотрели две пары глаз.
— Я наткнулся на кое-какую информацию о Селене. И о вашей другой дочери. Не Марли.
Энтони вскочил со своего места и вплотную подошел ко мне, в его глазах сверкало удивление и гнев. Он ткнул пальцем мне в лицо, глядя на меня.
— Какого черта, ты… — поколебался он. Он тыкал в меня пальцем, не произнося при этом ни слова и тяжело сглатывая. Затем он убрал руку, провел ею по волосам, и, остановившись на задней части шеи, начал потирать ее.
Я выжидал, мое сердце бешено стучало.
— У тебя нет никакого права копаться в жизни других людей, — с горечью сказал Энтони, глядя на свою жену. — Не буди лихо, пока оно спит тихо.
Я машинально посмотрел туда же, куда и он.
Твою мать.
Я поднялся и, обойдя стол, присел на корточки перед Инес.
— Мне очень жаль. Я причин вам боль, но это не входило в мои намерения.
— Она в порядке, — прервал меня Энтони, притягивая жену в свои объятия, словно пытаясь защитить от меня. Я налил в стакан воды и передал его Инес. Энтони принял его, яростно сверкнув глазами, а затем повернулся к жене и что-то тихо ей прошептал.
Я уселся обратно на стул, выжидая, пока Энтони и Инес придут в себя.
— Я в порядке, — наконец-то сказала Инес, выпрямляясь. — Все в порядке, Энтони. Думаю, пришло время. Но сначала я хочу узнать, какая информация у вас есть.
Энтони с негодованием замотал головой, успокаивающе потирая руки жены и целуя ее в лоб.
— Я больше не могу держать это в себе. Пожалуйста, любимый. Только... — она повернулась лицом ко мне, расправила плечи, и на ее лице появилось решительное выражение. И в этот момент я понял, от кого моя женщина унаследовала свою отвагу.