Без предупреждения я рванулась вперед и обняла воровку. Она напряглась и вскрикнула. Признаюсь, это было немного больно, как будто она не доверяла мне, не была уверена, что я не собираюсь причинять ей боль. Несколько мгновений я крепко прижимал Имико к себе, и в конце концов она расслабилась и обняла меня в ответ. Когда мы отстранились, в ее глазах стояли слезы, а на лице сияла благодарная улыбка. У меня не было слов, которые могли бы развеять ее печаль, и я не могла вернуть то, что она потеряла. Хуже того, я знала, что она потеряла это из-за меня. Поэтому я предложила ей все, что могла. Себя. В этом кратком объятии я заверила Имико, что буду той скалой, на которую она сможет опереться, несмотря ни на что. Иногда действия нужны людям гораздо больше, чем слова.
— Спасибо, — сказала Имико, вытирая слезы. Я улыбнулась ей, надеясь, что это не выглядело коварно. Сверкающие глаза, бледный цвет лица и постоянная тень на нем могли придать любому немного омерзительный вид, а мои шрамы только усугубляли ситуацию.
Когда со мной пошел Тамура, он с удивлением глядел на темные глубины. Я думаю, что это место, должно быть, показалось ему странно знакомым, но его затуманенный разум не мог вспомнить, когда он был там в последний раз. В тот день мы встретили несколько бесов, и сумасшедший старый Аспект продолжал бормотать что-то о грибах, но все, что он говорил, не имело смысла ни для кого, кроме него самого. Мне пришлось встать между харкской гончей и сбившимися в кучу бесами, чтобы не дать ей напасть на них, и Сссеракису потребовалось еще раз продемонстрировать наши крылья, чтобы убедить монстра отступить.
В углу большой комнаты жалась дюжина бесов. Они были грязные, испуганные и окровавленные. И они поклонились мне, подняв руки, точно так же как в прошлый раз, когда я была там. Я прикоснулась пальцем к каждой из поднятых ладоней, и бесы возбужденно защебетали. Мы оставили их там, уверенные, что они безвредны. Бесы могут быть кошмарами, как и все обитатели Другого Мира, но не все кошмары опасны. Некоторых просто неправильно понимают.
В конце концов, даже Хардт отважился заглянуть в глубины вместе со мной. Он долгое время жил за городом, отказываясь заходить в залы, даже в те, что теперь были над землей. На его лице отразилось новое горе. Ему потребовалось немало усилий, чтобы еще раз отважиться войти в разрушенный город Джиннов. Я всегда чувствовала себя такой маленьким между Хардтом и Хорралейном. Оба считались гигантами из-за своего роста, но дело было не только в физическом росте и телосложении. Они были больше, чем жизнь.
— Тебе не кажется странным, что я чувствую себя маленьким рядом с тобой? — спросил меня Хардт, когда мы шли по коридорам из битого камня.
С каждой вылазкой я находила там все больше Про́клятых, наводнявших нижние залы в хаосе и насилии. Мое сотрясение города пробудило их всех от долгого сна, в который они были погружены. Конечно, даже полчище Про́клятых не могло сравниться с парой выпущенных на волю харкских гончих. В тот день со мной были двое из этих зверей, и они не отставали от нас ни на шаг.
— Да, кажется, — ответила я, не задумываясь. — Потребовалось бы трое таких, как я, чтобы заполнить одного тебя, Хардт. Кроме того, ты не можешь сказать, что чувствуешь себя маленьким, когда мне приходится поднимать голову, чтобы увидеть твой подбородок. Не то чтобы я вообще могла что-то разглядеть за этими зарослями.
Хардт почесал свою пышную бороду. Я не понимаю, почему он решил перестать бриться, но мужчины часто чрезмерно гордятся своей способностью отращивать волосы на лице.
— Я хочу сказать, Эска, что чувствую себя бесполезным. Враги, с которыми ты сейчас сражаешься. Джинны и Ранд, Железный легион, Аспекты, Хранители Источников. Я не могу помочь тебе в борьбе с ними. Железный легион доказал это достаточно хорошо. Задушил меня одним взглядом, и мне было нужно, чтобы ты меня спасла.
Я пожала плечами:
— Тебе никогда не нравилось драться.
— Но я мог бы, если бы это было необходимо. Здесь, внизу, я сражался с Про́клятыми. Защищал всех. Но что я могу сделать сейчас? Какая от меня теперь польза? Я больше не могу тебя защитить.
Все это показалось мне таким глупым.
— Ты чертов идиот.
— Что? — Хардт казался искренне обиженным.
— Ты думаешь, я нуждаюсь в твоей защите? — Я набросилась на него, пылая гневом. — Бедный маленький Хардт. Всегда готов защитить Эску, когда она попадает в беду. Неужели это плохо, что теперь я могу сама выпутываться из неприятностей?