Мелодичное уведомление от фамильяра: файл из офиса Орла Луны. Принять, открыть. «Новая оболочка для Манинью. Кое-что соответствующее твоей роли как моего представителя», – гласит приложенное сообщение от Лукаса. Поменять оболочку – секундное дело. Фамильяры – объекты дополненной реальности, которые существуют в глазах смотрящего, и носителю увидеть их столь же трудно, как собственный затылок. Манинью передает ей картинку, отображающую его новый облик: металлическая перчатка, держащая шахтерскую кирку. Мано ди Ферро. Железная Рука.
Глава десятая
Путешествие из Меридиана слишком короткое, зафрахтованная автомотриса слишком маленькая, а телохранитель слишком близко, чтобы позволить Алексии задуматься об открытой ране, имя которой Денни Маккензи. Рана кровоточит. Она обвиняет, слышит обвинения в ответ, ревущему потоку нет конца. От угрызений совести она сгорает дотла, от чувства вины цепенеет. Денни Маккензи. Денни… Маккензи!
Выйдя из шлюза, она погружается в дым и вонь Святой Ольги, столицы и мастерской Воронцовых. Если Меридиан – электричество, спеченный камень, шины моту, горячая еда, духи, блевотина и нечистоты, а Царица Южная – мягкий мускус компьютеров, пластика, строительного клея, джина и бодрящий запах глубоко погребенного холода, то Святая Ольга – пряный дух ботов и машин, пыли и воздуха, надолго запертого в глубоких закоулках, покалывание радиации и мертвый одеколон.
– Мано ди Ферро. – Невысокий костлявый сотрудник ВТО неопределенного пола – нейтро, догадывается Алексия, роется в памяти, ища нужные местоимения, – приветствует ее и кланяется.
– Пав Нестер, – подсказывает Манинью.
Молодой человек с убийственно прекрасными скулами протягивает поднос с небольшой булкой и солонкой.
– Добро пожаловать в Святую Ольгу.
Алексия отламывает кусочек хлеба и макает в соль.
– Хлеб и соль, – говорит она. Манинью еще в бизнес-люксе на Станции Меридиан проинструктировал ее по поводу этикета Воронцовых. – Орел просил передать свои извинения.
Молодая женщина – женская версия молодого Воронцова – протягивает поднос, на котором лежат браслеты.
– В Святой Ольге вечные проблемы с радиацией, – объясняет Пав Нестер. – Эти штуки следят за ее уровнем.
«А еще за тобой», – говорит Манинью.
«Можешь с этим что-то сделать?» – спрашивает Алексия, надевая браслет.
«Я внутри… Готово. Теперь ты можешь включать и выключать эту функцию, как пожелаешь».
Святая Ольга претендует на звание самого старого города на Луне – здесь располагался изначальный отправной пункт для редкоземельных металлов, очищенных роботами-добытчиками «Маккензи Металз», – и ее возраст очевиден. Купол над небольшим кратером, километра два в диаметре, заваленный шестиметровым слоем реголита. На протяжении десятилетий Святая Ольга обрастала прилегающими зонами, в которых расположены строительные площадки, станции «лунной петли» и БАЛТРАНа, железнодорожные сортировочные, вышки связи, солнечные генераторы, инженерные и робототехнические мастерские, но ее сердце – серая, безликая полусфера Воронцовых, грязная, негерметичная и недостаточно защищенная от радиации.
Внутри купола царит хаотичное великолепие. Город Воронцовых представляет собой цилиндр квартир, офисов, кафе и яслей, детских садов и коллоквиумов, мастерских и храмов. От нижнего уровня до центра купола – километр. Галереи, лестницы и пешеходные дорожки опутывают отвесный фасад этого города-крепости; эскалаторы и траволаторы спрятаны внутри. Тут нет ничего ровного, истинного и прямого. Семьдесят лет Святая Ольга росла как раковина: одни пристройки примыкают к другим, этажи нагромождены друг на друга, с уровнями – то же самое, целые новые районы сваливаются на голову старым, и город целиком увеличивается, как сталагмит вокруг скрытого древнего сердца, опутанный паутиной труб и несущих тросов, линий связи и канатных дорог.
Алексия понимает: здесь она как дома.
Нужно вечернее платье.
– Это официальный прием, – говорит Пав Нестер. – У нас стандарты.
Дипломатические апартаменты Алексии находятся в центре старой Святой Ольги, с видом на двор, заросший пыльными суккулентами и обвисшими папоротниками. Откуда-то снизу доносится шум текущей воды. Выйдя на балкон и взглянув вверх, мимо ярусов более высоких балконов, через сеть кабелей, она видит квадрат небесно-голубого цвета, который мерцает, становясь то серым, как экран при отсутствии сигнала, то черным, как тот же экран, испустивший дух. В Святой Ольге даже небо нуждается в ремонте. ВТО строит инфраструктуру, на которую опирается вся Луна, но поддерживать собственную столицу не может. Пав Нестер ведет ее по лестницам, грохочущим мостикам между отвесными стенами и мокрым туннелям в эти старомодные затхлые комнаты в самом сердце города. Расстояние от радиации, главная социальная градация на Луне, под куполом имеет не меньшую важность, но определяется согласно иной оси: внутрь, а не вниз, ближе к ядру, подальше от купола.