Её руки начали двигаться в причудливом танце и снежная вуаль в точности повторяли все её действия. Радости и удивлению в её глазах не было предела.
“Я словно во сне… неужели такое удивительное место и правда существует.” Тихо сказала она. В её тринадцатое день рождения, в Городе Божественного Феникса впервые выпал снег, это была самая прекрасная сцена за всю её жизнь, воспоминания, которое никогда не исчезнут из её памяти. До встречи с Юнь Чэ, её величайшим желанием было еще раз увидеть, как снежинки танцуют в небе.
А прямо сейчас она оказалась в мире, полностью покрытом снегом.
“Ах!”
Более не в силах сдерживать эмоции в себе, восторженно вскрикнула Фэн Сюэ’эр. Она плавала среди падающих с неба снежинок, наслаждаясь холодными ветрами, дующими со всех сторон.
Она призвала Снежного Феникса и тот взмыв в воздух присоединился к её танцу. Неужели её детская мечта исполнилась: “Снежок, Старший Брат Юнь рассказывал мне, что ты родился здесь, вернувшись домой, ты должно быть счастлив?”
“Скрии…” издал громкий крик Снежный Феникса, махнув крыльями и подняв огромный занавес из снега перед Фэн Сюэ’эр.
Юнь Чэ улыбнулся сцене перед его глазами. Он не обращал внимания на снег, только на Фэн Сюэ’Эр. Любой, кто видел её, безусловно скажет, что на Континенте Бездонного Неба не существует людей или мест, вызывающих больший восторг, чем ее образ. С момента их встречи, совместных путешествий и до сих пор Юнь Чэ иногда казалось, будто она лишь прекрасная иллюзия, стоит закрыть глаза и ты больше её никогда не увидишь.
“Три года прошло, я все – таки смог выполнить обещание, данное тебе.” Про себя сказал он.
“Однажды ты погибнешь из – за женщины!” внезапно ответила ему Жасмин, третий раз она повторяла эти слова. Все больше она убеждалась в мысли, что если Юнь Чэ и суждено встретить ужасный конец, то с огромной долей вероятности…. Причиной тому станет женщина!
Юнь Чэ отвернулся, но голос Жасмин снова раздался где – то в глубине его души. Приглушенный голос, едва слышный: “Так же как… Старший Брат…”
Она словно говорила сама с собой. Настолько тихо, что даже находясь к ней вплотную вы вряд ли разобрали бы хоть слово. Но Жасмин делила с ним одно тело, голос её души переплетался с его собственным. После недолгой паузы Юнь Чэ спросил: “Твой брат?”
“…”
Он почувствовал, как её аура колебалась, как её настрой становился все более холодным и тем не менее она молчала. Возможно, не была готова к разговору или эти слова вырвались неосознанно.
Юнь Чэ задумался: “Ну знаешь… ты девушка и тебе не понять мужского взгляда на мир. Для большинства мужчин покорить сердце девушки мечты гораздо важнее захвата мира. Даже если мужчине нет равных, он смотрит на всех сверху вниз, но при этом та самая не отвечает ему взаимностью, он не сможет наслаждаться жизнью. И также защита любимой женщины заложена в мужчинах на инстинктивном уровне, даже если им самим будет грозить смерть…”
“Закрой свой рот!” резко перебила его Жасмин: “Думаешь все такие же животные как ты?! Мой брат за всю свою жизнь любил одну женщину и до конца был ей верен. Он ни разу не посмотрел в сторону других, он не такой как ты… похотливый идиот, готовый рискнуть своей жизнью ради любой красавицы!”
“Ох…” обычно Юнь Чэ с улыбкой принимал прозвища Жасмин, но в этот раз он не стал переводить разговор в шутку: “Ты сказала, что твой брат умер… защищая любимую женщину?”
“Защищая?” зло рассмеялась Жасмин. Её убийственная аура моментально вторглась в душу и сердце Юнь Чэ, заставив его согнуться от боли.
Его сердце забило тревогу… не в первый раз Жасмин выпускала наружу свои убийственные намерения1, но за семь лет проведенных вместе, Юнь Чэ никогда ранее не чувствовал настолько ярко выраженной угрозы с её стороны. Имея огромный опыт в этом вопросе, он был абсолютно уверен – безграничная ненависть и желание убить исходили непосредственно из глубин её души.
“Старший Брат был готовь отдать за неё жизнь. А в обмен получил предательство. Мой брат был невероятно сильным и мудрым человеком, но эта женщина…” голос Жасмин дрожал: “Единственная причина, почему я готова была пойти на все ради получения крови Злого Бога – чтобы отомстить ей!”
“Пока тебе везет, но надолго ли твоего везенья хватит!” голос Жасмин все – также пронзал насквозь, однако она уже успокоила свою ауру: “Я не хочу больше обсуждать эту тему и тебе запрещаю… и безусловно ты недостоин сравнения с моим старшим братом, ты бабник!”