Лицо Сюань Юань Вэнь Дао было мертвенно бледным. От прежнего величия и высокомерия не осталось и следа. Он лежал на земле, словно побитая собака.
- Ах… – раздался болезненный стон.
Он слегка поднял голову и, наконец, увидел лицо Юнь Чэ. В это мгновение он выглядел так, будто его поразила молния. Его зрачки расширились.
- Юнь… Юнь Чэ?
- Хм… – усмехнулся Юнь Чэ. – Сюань Юань Вэнь Дао, ты узнаешь это место?
- А… А… – Сюань Юань Вэнь Дао открыл рот.
Как только он увидел Юнь Чэ, он погрузился в бездну отчаяния и от страха забыл, как отвечать, и не мог вымолвить ни слова.
Юнь Чэ поднял его, взмыл вверх и направился к клану Сяо, следуя за аурой, затем приземлился во дворе семейства Сяо.
- Че’ер, ты вернулся.
Завидев Юнь Чэ, Сяо Ле аккуратно положил Сяо Юн Ань, заснувшего в его руках. Улыбка озарила его лицо.
- Раз уж ты вернулся, останься здесь на несколько дней. Два дня назад Ли’ер прибралась в твоей комнате.
- Конечно, я останусь на несколько дней спустя столько времени после расставания, – ответил Юнь Чэ. – Дедушка, у меня есть для тебя подарок.
- Подарок?
Юнь Чэ протянул руки и бросил Сюань Юань Вэнь Дао, оставленного за дверью, к ногам Сяо Ле.
Сяо Ле подпрыгнул от удивления и спросил:
– Кто это?
- Его зовут Сюань Юань Вэнь Дао, – Юнь Чэ произносил каждое слово отчетливо. – Он был одним из тех, кто убил Дядюшку Сяо двадцать четыре года назад!
- … – Сяо Ле резко вздрогнул, будто услышал раскат грома.
Улыбка на его лице тут же померкла.
Юнь Чэ подхватил Сяо Ле и, нахмурившись, сказал:
– Главный зачинщик всего этого уже мертв, и все, кто участвовали в его злодеяниях, тоже получили по заслугам. Только он остался в живых… Потому что дедушка сам должен его наказать.
Все эти годы, что Сяо Ле растил Юнь Чэ и Сяо Лин Си, было лишь две вещи, о которых он мечтал: залечить свои внутренние раны и найти убийцу Сяо Ина. В итоге Юнь Чэ не только вылечил его, но и прославился на весь мир. Но второе желание так и не осуществилось.
Но сейчас убийца, которого он искал, о расправе над которым он мечтал, наконец, стоит перед ним. Боль и ненависть, которые он копил более двадцати лет, переполняли его душу.
- Ты… Это ты… ты… убил моего сына… это был ты!
В это мгновение его лицо исказилось до неузнаваемости. Он, всегда отличавшийся спокойствием, дал волю глубокой печали и лютой ненависти. Юнь Чэ не успокаивал его и не пытался остановить, потому что он знал, что встреча с убийцей сына была его самой большой мечтой. Он должен самостоятельно освободиться от злости, кипевшей в его сердце. Если он этого не сделает, то до конца своих дней его жизнь будет омрачена, и он никогда не станет по-настоящему свободным.
Сяо Ле вдруг протянул руку и схватил Сюань Юань Вэнь Дао за воротник и повернул к себе лицом. Глядя на своего заклятого врага, он почувствовал непримиримую ненависть к человеку, который убил его сына и разрушил всю его семью. Огонь запылал в глазах Сяо Ле. Его пробила непроизвольная дрожь.
- Я… Я… Я убью тебя!!!
За всю жизнь Юнь Чэ ни разу не видел такого ужасающего выражения на лице Сяо Ле. Дрожащими руками он схватил Сюань Юань Вэнь Дао за горло.
- аа…
В это мгновение послышался протяжный плач младенца. Этот знакомый звук заставил Сяо Ле судорожно вздрогнуть. Он непроизвольно отбросил Сюань Юань Вэнь Дао в сторону, бросился домой и осторожно взял на руки внезапно проснувшегося Сяо Юнь Ань. Как только он поднял Сяо Юнь Ань, вся ненависть, которая его обуревала, вдруг исчезла.
- Юнь Ань, будь умницей, не плачь. Не плачь. Это все вина твоего прадедушки, прадедушка, должно быть, напугал Юнь Ань…
Сяо Ле крепко обнял малыша, успокаивая его нежным голосом. Его взгляд потеплел и стал ласковым. Ненависть и жестокость словно испарились, и он совершенно забыл о существовании Сюань Юань Вэнь Дао. Вскоре Сяо Юнь Ань перестал плакать и снова крепко заснул в его руках.
Юнь Чэ:
– …
- Чэ’ер, – Сяо Ле так и не положил ребенка в колыбель.
И когда он снова подошел к Сюань Юань Вэнь Дао, он излучал спокойствие и умиротворение.
- Этот человек убил моего сына. В своих мечтах я хотел найти его и разорвать на куски. Но… этими руками я держу Юн Ань. Я не могу запятнать их кровью и грязью. Поэтому помоги дедушке принести его в жертву и упокоить его душу на небесах…
- Хорошо! – пообещал Юнь Чэ.
В это мгновение он испытал облегчение, которое невозможно описать словами… Это было легче, чем позволить Сяо Ле убить Сюань Юань Вэнь Дао во имя мести.
- Ммм…
Сяо Ле крепко держал ребенка, который уснул у него на руках. Он поднял голову, посмотрел на небо и улыбнулся. Даже несмотря на то, что Юнь Чэ заметил печаль в этой улыбке, это была самая безмятежная улыбка, которая когда-либо озаряла лицо Сяо Ле.