Юнь Чэ вытянул руку и взял таинственный черный нефрит, после чего поместил его в Ядовитую Небесную Жемчужину, больше не позволяя ему взаимодействовать с Сяо Лин Си.
- Маленький Чэ, что это за камень? – Сяо Лин Си не могла подавить свое любопытство.
- Я не уверен, я поднял его в странном месте, – ответил Юнь Чэ крайне непринужденным голосом, прежде чем сменить тему. – Это, наверное, камень души, который использовался для записи древнего текста. Давай не будем зацикливать на этом. Пойдем к Дедушке.
Закончив говорить, он тут же взял руку Сяо Лин Си, и они направились ко двору Сяо Ли.
Сяо Юн Ань уже заснул, а Сяо Юнь и его жена отправились воздать молитву покойным родителям. Сяо Хун еще не вернулся, и только Сяо Ле оставался во дворе. Когда они прибыли во двор Сяо Ле, Сяо Лин Си бессознательно попыталась вытащить руку. Но, к ее удивлению, Юнь Чэ еще сильнее сжал ее, и когда она запаниковала, он схватил ее за руку и подошел к Сяо Ле.
- Дедушка, я… хочу поговорить с тобой, – несмотря на то, что он уже давно собрался с духом и решимостью, но когда Юнь Чэ увидел спокойно смотрящего на него Сяо Ле, его сердце сжалось от беспокойства.
- Ах… – Сяо Лин Си, казалось, что-то поняла, мягко вздохнув, ее сердце начало дико биться в груди.
- Я как раз собирался найти вас, чтобы обсудить с вами важный вопрос, – Сяо Ле посмотрел на них и весело улыбнулся.
Эти слова ошеломили Юнь Чэ, но он сразу спросил:
- Важное дело? Какое важное дело?
Как будто не замечая, что они держаться за руки, он нежно вздохнул:
- Си’эр уже двадцать три года, поэтому она давно достигла возраста замужества. До этого мы все никак не могли решить этот вопрос. Но сейчас мое тело и разум в полном порядке. Юнь’эр и его жена любят друг друга, а Юн Ань – послушный и здоровый ребенок. Поэтому единственное, что меня беспокоит сейчас, – это брак Си’эр.
- ...Дедушка, что ты имеешь в виду?
- Че’эр, – Сяо Ле посмотрел прямо в глаза Юнь Чэ, говоря теплым голосом. – Ты очень много путешествуешь и многое видел, поэтому ты определенно знаешь множество выдающихся молодых людей. Если кто-нибудь из них подходит для Си’эр, возможно, ты сможешь сосватать ее. Я определенно не буду беспокоиться о том, кого ты выберешь.
- Дедушка, я… я… – он не впервые говорил о таком, но именно с ним – все же впервые.
Лин Си волновалась и стояла, не произнося ни слова.
- ... – взгляд Юнь Чэ переместился, став твердым.
После этого он очень искренне произнес, опускаясь на колени:
- Дедушка, я уже давно нашел одного такого человека.
- Ох? – взгляд Сяо Ле вспыхнул.
После этого он заговорил громким и ясным голосом, каждое слово, которое исходило из его уст, звучало как маленький металлических гонг.
– Дедушка, этот человек – никто иной, как я! Прошу, чтобы Дедушка… дал свое согласие нам с Лин Си!
- Маленький Чэ… – слова, которые прозвучали в ушах Сяо Лин Си, несомненно, были самыми желанными в ее жизни.
Он действительно сказал это перед ней и Сяо Ле. Он сказал слова, которые она желала услышать больше всего, но это также были слова, которые были запрещены, и она даже не осмеливалась прикоснуться к ним.
Сяо Лин Си тоже начала медленно опускаться на колени, ее глаза затуманились, когда она произнесла тихим голосом:
- Дедушка, я… Если это будет не Маленький Чэ, я бы предпочла… вообще никогда не жениться.
Она говорила громко и ясно, и в тот момент, когда слова покинули ее рот, весь страх и беспокойство, которые омрачали ее сердце, беззвучно исчезли, и оно наполнилось теплом и спокойствием. Никогда она не чувствовала себя так хорошо в этой жизни. В тот момент, когда она произнесла эти слова, казалось, что результат уже не так важен. Поэтому ее душа словно воспарила в небеса и стала совершенно другой.
- ... – лицо Сяо Ле не было окрашено шоком, оцепенением, разочарованием или яростью, которых они ожидали.
На самом деле, Сяо Ле особо не изменился. Вместо этого он казался совершенно спокойным, после чего он просто повернулся спиной к ним и мягко и грустно вздохнул.
- Дедушка? – Юнь Чэ поднял голову.
- Хо-хо, – Сяо Ле рассмеялся, и этот смех был очень нежным. – Вы, наконец, показали свои истинные чувства после стольких лет.
Юнь Чэ был шокирован:
- Дедушка, значит, ты всегда…
- Вы всегда были близки, еще с детства, и совершенно неразлучны. Поскольку ты покинул Город Плывущих Облаков в шестнадцать лет, Си’эр всегда была рядом со мной. Я видел, как она беспокоилась о тебе каждый день и скучала по тебе с утра до ночи… Такие эмоции намного превосходят границы семейной любви. С тех пор, хоть я и не знал, что ты чувствовал к Си’эр, я знал, что чувства Си’эр были не семейной любовью, а любовью в ее истинном значении. И эта любовь могла быть полностью свободной, когда она узнала, что вы кровно не связаны.