Но Юэ У Цзы не двинулся, чтобы взять жемчужину. Вместо этого он яростно упал на колени и сказал испуганным и встревоженным голосом:
- Император, У Цзы абсолютно недостоин нести такую ответственность, я умоляю Императора взять назад его командование.
Имперская Жемчужина, была основным артефактом Царства Лунного Бога. Это был источник всех божественных сил Лунных Богов и символ Императора Лунного Бога.
- У Цзы, мы с тобой столько лет были братьями, так как же этот король может не знать тебя слишком хорошо? Этот король… Не хочет, чтобы ты унаследовал титул Императора. Вернее, я… Поручаю его тебе, так что ты можешь передать его Цин Юэ.
Юэ У Цзы поднял голову, но он не выглядел слишком удивленным. Просто выражение его лица стало несравненно более торжественным и серьезным, чем раньше:
- Император, У Цзы хорошо знает, что твоим самым большим желанием за последние несколько лет было, чтобы Цин Юэ стала твоей преемницей в качестве следующего Императора. Но… План, в котором она притворялась Императрицей, был разрушен, и для нее больше нет ясного пути, чтобы взойти на трон. В конце концов, она родилась в нижних королевствах, и то, что произошло во время свадьбы, также вызвало гнев всего королевства. Даже стать твоей приемной дочерью было очень трудно. Если она унаследует твой титул Императора, будет много препятствий и сопротивления, я боюсь, что…
В то время было очень вероятно, что она столкнется с возражениями со стороны всего королевства. Как могла молодая девушка, не достигшая еще и тридцати лет, вынести такое сильное сопротивление своему правлению?
- Кроме того… – наконец сказал Юэ У Цзы после секундного колебания.
- Возможно, Цинь Юэ тоже не захочет этого делать.
- Как может этот король не понимать всего этого? – сказал Император Лунного Бога, не открывая глаз.
– Много лет назад она обещала притвориться Императрицей и унаследовать титул Императора в будущем, потому что хотела вернуть долг благодарности этому королю. Однако год назад, после ее возвращения, этот король почувствовал, что у нее внезапно возникло желание занять место Императора. Более того, это было очень сильное желание.
Юэ У Цзы был ошеломлен этими словами.
- Ее изменение произошло после появления Юнь Чэ. Поэтому, конечно, это может быть только из-за ребенка! Но теперь, этот ребенок просто должен был пойти и умереть… КЕ, КЕ, КЕ… – из-за волнения, которое он с трудом контролировал, травмы Императора Лунного Бога были усугублены, и он вырвал много глотков черной крови.
- Значит… Даже этот король не хочет сейчас, если нынешняя Цин Юэ… Все еще хочет или нет…
Ке… Кехке…
Это было то, что Император Лунного Бога держал при себе. Когда к нему наконец вернулось самообладание, его лицо стало чуть менее пепельным, но на смену ему пришла мертвенно-бледная кожа, которая поразила его.
- У Цзы, – он снова открыл рот.
- Используй нефрит глубоких образов, чтобы выгравировать слова, которые этот царь собирается сказать… Последняя воля и завещание, которое я оставляю, объявляют, что я собираюсь передать свою позицию Ся Цин Юэ. Если она согласна, то передай ей Императорскую Лунную Жемчужину и публично объяви о последней воле и завещании этого короля. Если она не захочет, тогда ты унаследуешь ее… Даже если это будет беспокоить и обременять тебя, ты кровный брат этого короля, и после того, как этот король уйдет, твоя сила также будет первой среди всех Лунных Богов. Тогда ты — единственный выбор, который может убедить массы.
Губы Юэ У Цзы задрожали, но он не пытался противостоять или отрицать Императора Лунного Бога. Он протянул руку, чтобы взять Жемчужину, и сказал:
- У Цзы определенно не разочарует Императора в том, что он доверил мне.
После того, как глубокий образ был выгравирован, Император Лунного Бога закрыл глаза на некоторое время, прежде чем сказать:
- Позови сюда Цин Юэ.
В спальнях Императора царила холодная пустота, которой он никогда не испытывал прежде. Ся Цин Юэ медленно вошла внутрь, ее шаги не производили ни звука. Она была одета в простой белый лунный наряд, но ее слишком красивая элегантность незаметно заставила эту холодную и пустынную спальню стать намного светлее.
- Приемный отец, – она опустилась на колени и тихо произнесла эти слова.
Увидев прибытие Ся Цин Юэ, глаза Императора Лунного Бога стали на несколько градусов ярче. Но слова, которые вышли из его рта был исключительно жестоким:
- Цин Юэ, Юнь Чэ мертв.
- …Я знаю, – ответила Ся Цин Юэ, в ее голосе не было ни печали, ни радости.