Последней нитью сознания, которой он обладал, он чувствовал, как его тело разрывается на части, прежде чем превратиться в осколки, заполнившие небо…
Так как же он мог… Все еще быть жив!?
Более того, это место… Где именно оно было…
- Где… Это место? – мысли в его голове непроизвольно сорвались с его губ.
- Это место-наш дом, – Фэн Сянь’эр вытерла слезы, прежде чем заговорить мягким, но счастливым голосом.
- Это место, где мы встретили Большого Брата благодетеля и сестру Сюэ годы назад. Это был… Это был Божественный Феникс, который послал тебя сюда. Ты был без сознания столько дней, но наконец… Очнулся.
Глаза Юнь Чэ были все еще ошеломлены и затуманены.
- Это место… Где находится клан Феникса?
- Я вернулся на Континент Бездонного Неба? Божественный Феникс… Послал меня сюда? Что происходит? Что именно здесь происходит? Неужели я… Действительно не умер? Но… Если я не умру, может быть, все, что произошло в Царстве Звездного Бога… Все, что произошло в Царстве Бога, было просто сном?
Увидев, что выражение лица Юнь Чэ было наполнено недоумением, граничащим с заблуждением, Фэн Бай Чуань заговорил:
- Юнь Чэ, твое сердце определенно должно быть наполнено бесчисленными вопросами и подозрениями. Однако в этот момент ты только что проснулся, и твое тело все еще очень слабо. Не зацикливайся слишком много на вещах. Сначала отдохни и восстанови силы, а когда ты достаточно восстановишься, ты сможешь увидеть Божественного Феникса. Он безусловно, сможет развеять все твои сомнения.
Юнь Чэ не отреагировал на эти слова.
- Цу’эр, быстро иди и сообщи своей матери и остальным членам клана, что Юнь Чэ проснулся, чтобы облегчить их беспокойство. Сянь’эр, оставайся и позаботься о Юнь Чэ.
- Да!
Фэн Цу’эр поспешно ответил, прежде чем побежал, чтобы рассказать всем остальным. Фэн Сянь’эр осталась позади, грациозно стоя рядом с кроватью, она спокойно смотрела на Юнь Чэ, который все еще был погружен в свои мысли. Она стояла, бессознательно вцепившись руками в край одежды, и к ее счастью примешивалась некоторая нервозность.
Юнь Чэ очень долго не говорил. За это долгое время он, наконец, сумел взять себя в руки и после этого медленно закрыл глаза.
Старейшина клана Феникса был прав. Несмотря на то, что он не знал, почему он все еще жив… Ему было трудно поднять даже руку, так что, по крайней мере, он должен был позволить своему телу восстановиться до точки, где он мог нормально двигаться.
Он закрыл глаза и успокоил свое сердце, прежде чем начал безмолвно циркулировать по Великому Пути Будды.
По мере того, как его мысли двигались и циркулировали… Но в следующее мгновение он снова открыл глаза.
По мере того как Великий Путь Будды циркулировал, духовная энергия небес и земли… Фактически не отвечала вообще!
Он поспешно сосредоточился и снова начал циркулировать в своем сердце. Один вдох следовал за другим, пока эмоции Юнь Чэ не начали истощаться, но духовная энергия неба и земли, которая была повсюду, все еще не отвечала ни в малейшей степени, и ни одна нить не потянулась к его телу.
- Что происходит?
Великим Путем Будды было божественное искусство Бога ярости, которое не опиралось на внутреннюю энергию. Когда Великий Путь Будды продвигался поэтапно, тело человека становилось все более и более близким к духовной энергии неба и земли. Даже если бы человек не обращал его сознательно, его тело поглощало бы и гармонировало с духовной энергией неба и земли в каждое мгновение. Уровень духовной энергии, который мог быть поглощен человеком, зависел от стадии Великого Пути Будды, которого этот человек достиг. Чем выше ступень, тем выше уровень духовной энергии, которая может быть поглощена.
Обычно, даже если Юнь Чэ полностью исчерпал свою внутреннюю энергию и был так тяжело ранен, что был на грани смерти, пока в его теле оставался один вдох, он начинал автоматически восстанавливаться благодаря Великому Пути Будды. Более того, как только он придет в сознание и начнет сознательно его циркулировать, он придет в себя с такой скоростью, что обычные люди не смогут этого понять.
Но в этот момент, несмотря на то, что он снова и снова ходил по Великому Пути Будды, единственное, что он получил, была мертвая тишина.
- Может быть, мои раны слишком серьезны… – тихо пробормотал он про себя. Но в прошлом, какими бы серьезными ни были его раны, такого никогда не случалось.
Божественное искусство все еще звенело в его ушах, но казалось, что его тело полностью утратило связь и близость с духовной энергией неба и земли.