- Нет, все в порядке, – Юнь Чэ улыбнулся.
- Это редкость встретиться вот так. Мы не можем просто уйти, не поприветствовав его.
Лин Цзе, очевидно, не был здесь, чтобы культивировать, так как его нынешний уровень намного превосходил существ этого места. Настоящая причина, по которой он задержался в этой области в течение последних нескольких дней, состояла в том, чтобы спасти тех людей, которые случайно забрели в эту область, точно так же, как он появился как гром, когда Фэн Сянь’эр и Юнь Чэ были атакованы зверями голубой чешуи в тот день.
Ослепительный удар меча разорвал черные отметины в пространстве, и группы буйствующих зверей упали на землю точно так же. Когда последний зверь выпустил свою предсмертную агонию, Юнь Чэ внезапно вошел в его видение.
Все тело Лин Цзе застыло, как будто он впал в транс.
- Давно не виделись, маленький Цзе. Ты выглядишь не так как в последний раз, – Юнь Чэ улыбнулся ему, когда Фэн Сянь-эр опустила его на землю.
Лин Цзе оставался рассеянным в течение нескольких вздохов, прежде чем он, наконец, заикнулся в недоверии:
- Юнь… Юнь… Ах, нет… Ты… Ты действительно…
- С нашей последней встречи прошло всего пять лет, верно? Ты уже забыл обо мне? – его реакция позабавила Юнь Чэ.
- Н-нет… – Лин Цзе поспешно покачал головой. Наконец, поверив, что его собственные глаза не играли с ним, Лин Цзе направился к Юнь Чэ в невыразимом волнении.
- Босс, это… Это действительно ты? Я слышал, что ты поднялся на более высокий уровень, и ты… Ты… Ты только что вернулся из другого мира? Но… Но ты выглядишь…
Естественно, Лин Цзе не мог почувствовать никакой внутренней ауры от Юнь Чэ вообще… Хотя это можно было объяснить тем, что разрыв между ним и Юнь Чэ был настолько широк, что ауру последнего было невозможно увидеть, это не объяснило бы, почему кожа Юнь Чэ выглядела такой грубой, или его необычно темные зрачки…
- Мн, – кивнул Юнь Чэ.
- Я ушел в другой мир. На самом деле, я вернулся оттуда не так давно. Что касается моей нынешней внешности… Ну, как ты можешь видеть, я потерял всю свою внутреннюю энергию, и с этого момента я в основном калека.
Потрясенный, Лин Цзе не мог поверить словам Юнь Чэ, не говоря уже о том, чтобы принять их.
– Как… Как это может быть?…
Взгляд Лин Цзе бессознательно скользнул в сторону, когда он говорил, и Чу Юэ Чань внезапно вошла в его видение… В этот момент Небесный Меч Ян выпал из его руки, и он вздрогнул, как будто его только что ударила молния. Меч, который никогда не покидал его рук, с хрустом ударился о каменистую землю.
- Фея… Юэ Чань!? – в очередной раз, он стал застыла на месте. На самом деле, смятение в его глазах казалось больше, чем когда он только что видел Юнь Чэ.
Чу Юэ Чань когда-то была красавицей номер один в Империи Голубого Ветра. Его отец был одержим ею, как сумасшедший, а мать так ревновала, что это довело ее до безумия… Она также была женщиной, которую он надеялся найти даже в своих мечтах все эти годы.
- Мн, – улыбнулся Юнь Чэ.
- Я наконец-то нашел ее.
Бах!!
Колени Лин Цзе тяжело упали на землю, и слезы в его глазах пролились, как прорванная плотина.
- Фея Юэ Чань, сын грешницы, Лин Цзе… Здесь, чтобы извиниться за свою покойную мать!
Лин Цзе ударился головой о землю сразу после того, как сказал это. Так как он не защитил свой лоб внутренней энергией, кровь пролилась на пыльную землю в ту же секунду, как они соприкоснулись.
Глава 1370. Заключение
Юнь Чэ не двинулся, чтобы поднять Лин Цзе на ноги. На самом деле, он ничуть не удивился его действиям.
Потому что он очень хорошо знал, что дело, касающееся Чу Юэ Чань, всегда очень тяжело давило на сердце и голову Лин Цзе… Хотя он не сделал ничего плохого, это было просто частью его темперамента, и это была также часть Лин Цзе, которой Юнь Чэ восхищался больше всего.
- Мам? – Юнь Усинь, которая не привыкла вступать в контакт с посторонними, бессознательно спряталась за спину Чу Юэ Чань, глядя на нее в замешательстве.
Реакция Чу Юэ Чань была чрезвычайно спокойной и мягкой:
- Тебе не нужно этого делать. Все это не имеет к тебе никакого отношения, и это даже не твоя вина.
- Нет, – Лин Цзе покачал головой, его голос был хриплым и торжественным.
- Как сын, я, естественно, должен искупить грехи моей матери. Все эти годы, из-за того, что ревность моей матери превратилась в ненависть, она сделала с тобой то, что было бы трудно когда-либо простить… Но, к счастью, небеса сжалились над тобой, и ты оказалась цела и невредима. Если нет… Если нет…
Когда он дошел до этой точки, он был настолько подавлен эмоциями, что ему было трудно продолжать.