Тень души Ни Сюаня затуманилась, он, казалось, не расслышал слова «мастер» на устах Хун`эр. Он использовал свой последний вздох души, свой последний голос, чтобы передать дочерям последнюю любовь и сострадание: «Когда с грехами будет покончено… найдётся тот, кто заменит меня и вашу маму. Вместо нас он покажет вам настоящую красоту этого мира… вместо нас он наполнит ваши сердца своей любовью…»
Юнь Че серьёзно сказал: «Клянусь собой, этим человеком буду я!»
«Что касается ваших отца и матери… хорошо, если вы их забудете… если будете вспоминать их изредка, тоже хорошо… я желаю только, чтобы в этой жизни вы… были в безопасности… были… счастливы…»
В этот момент остаточный дух Ни Сюаня утратил форму, превратившись в бесчисленные звёзды, которые постепенно гасли.
Эти звезды быстро подлетели к Юнь Че и затем начали растворяться в его море души, распространяя мягкий голос:
«Юнь Че, спасибо тебе… Я ни о чем не жалею».
Юнь Че закрыл глаза и вздохнул… За твою доброту мне не расплатиться и через десять тысяч жизней. Как я могу принять твою благодарность?
«А? Исчез? Ты сбежал, прямо как моя мама… Ю`эр, ты опять плачешь… Не плачь, ладно? Видя, как ты плачешь, мне тоже становится грустно… уу… Мне… что-то тоже захотелось поплакать… ухм… уу!»
Юнь Че подошел и сжал Хун`эр и Юй`эр в своих объятиях, нежно утешая их.
И прямо в этот момент звёзды чистого света, полностью растворившиеся в море души, нарисовали перед его глазами далёкую сцену…
Глава 2024. Воспоминания Бога Творения
Словно в сказочной стране повсюду виднелись бесконечные горы, пики которых скрывались в настоящем море облаков.
На вершине одного из пиков стоял высокий человек. Он был одет в белую мантию, руки скрывал за спиной, а его волосы длиной до пояса элегантно плясали на ветру.
Небеса были вровень с ним, а земля и все духи мира находились у него под ногами. И даже сейчас, когда он просто стоял и молчал, у его ног собирались бесчисленные плывущие облака, а все стихии и ауры окружающего пространства осторожно и жадно приближались к нему, ничуть не желая расставаться.
Сзади него подул свежий ветер, подхватывая взволнованный крик юноши: «Старший Ни Сюань! Хаа… Я наконец-то нашел тебя».
Услышав крик юноши, человек в белой одежде с улыбкой обернулся.
Внезапно ветер стих, и небо потемнело.
Его внешность, казалось, воплощала мужские и женские представления всего мира о мужской красоте: белый нефрит лица, брови в виде мечей, взгляд, полный блестящих звёзд, донельзя совершенные черты лица, в то же время несущие в себе нужное количество грубости, и теплые глаза, заставляющие людей утопать в их глубине и бесконечно изучать их.
А всё потому, что он был Богом Сотворения Элементов Ни Сюанем, вершиной мужской красоты по общему мнению божественной и дьявольской расы, как Ли Суо среди женщин.
Он посмотрел на юношу, его улыбка была лёгкой и изящной, как сказочный ветер над облаками: «Ты, должно быть…»
Юноша закивал, и даже через спину можно было почувствовать переполняющее его волнение: «Божественный отец согласился! Он разрешил мне поклоняться тебе как своему учителю и следовать за тобой, чтобы культивировать в течение следующей тысячи лет».
Сказав это, он с тяжелым стуком опустился на колени: «Ученик Мо Су выражает почтение мастеру…».
«Погоди-ка!»
Ни Сюань не двигался, но невидимая сила запечатала голос юноши, который вот-вот должен был выйти из его рта, одновременно поднимая его с колен: «Твой божественный отец тебе разрешил, но я ещё не сделал этого».
Юноша был поражён, после чего с опаской сказал: «Но ученик… э-э, неужели этому младшему чего-то недостаёт? Он по-прежнему просит Старшего научить его. Этот младший, конечно же, в ответ удвоит свои усилия по совершенствованию и исправит все недостатки».
Ни Сюань рассмеялся и покачал головой, наполовину беспомощно, наполовину мягко: «Только посмотри, как ты следуешь формальностям, чтобы не сбиться с пути».
«Я был очень айфри-дом.су удивлен, узнав, что этот старый хрыч действительно согласился на это,» Ни Сюань продолжил: «Может быть, твои последние успехи были настолько плохи, что он… оказался настолько зол, что не мог больше тебя видеть?»
Слова Ни Сюань были чрезвычайно прямолинейны и укололи сердце юноши, и он стыдливо повесил голову: «Это… мне нужно достигнуть девяносто девятой ступени техники Меча, Разрушающего Небо, но я нахожусь на семьдесят третьей ступени уже триста двадцать лет. Божественный Отец сказал что в этой жизни я не смогу постигнуть эту технику».
«Хахахахахаха,» Ни Сюань, однако, рассмеялся: «Действительно, это слова этого старого мошенника. Весь мир видит, насколько ты талантлив. Можно сказать, что никто среди божественной расы не может сравниться с тобой».